А если это любовь?

В конце концов, это, один черт, ничего не значило!

Провернул ключ в замке. Тихонько прикрыл за собой дверь. Дарина, наверное, опять проветривала, потому что было прохладно. Он уже начал привыкать, что она спит с открытыми окнами…

– … и все же я попрошу вас уйти.

– Что, правда? А кто ты такая, чтобы здесь командовать?

– Думаю, этот вопрос вам лучше уточнить у Родиона…

– А я тебе скажу, кто! Очередная шлюха, которая влезла в семью! Как тебе спится, зная, что лишила отца двухлетнего мальчика?

– Я вам уже отвечала на этот вопрос.

Спится мне на удивление спокойно. И уж я не знаю, по какой причине вы расстались с Родионом, но совершенно точно – я тут ни при чем.

– О! Это была занятная история, правда, Ириш? – усмехнулся Мурадов, заходя в гостиную. – Или ты забыла? Так я напомню… – зевнул, демонстрируя отсутствие всякого интереса, и, подойдя к притихшей Дарине, покровительственно забросил руку той на плечи. Девчонка дрожала.

– Родик, да ты не так понял… – испуганно затарахтела Ирина.

Но он ее треп пропустил мимо ушей, сконцентрировавшись целиком и полностью на более важной для него женщине:

– И почему ты ничего не сказала?

– О чем?

– О том, что эта… – кивнул в сторону бывшей, – тебя достает?

– Как ты меня назвал? Эта?! Ты, Мурадов, совсем берега попутал?! Думаешь, можешь оскорблять меня в присутствии своей шлюхи, а я на это буду смотреть?!

– Так не смотри, Ириша, дверь там. Вали на все четыре стороны. Кто ж тебя держит?

– А я и свалю! Только можешь даже не мечтать, что я отпущу Левку с тобой на каникулы.

Понял?! И ночевать здесь, в этом вертепе разврата, я ему больше не позволю. Хочешь видеть сына?! Что ж. Договаривайся со мной о встрече на нейтральной территории.

Родион откинул голову и от души захохотал.

– Господи, где ты этого нахваталась? В вертепе разврата… – повторил он, посмеиваясь, но тут же посерьезнев, отрезал: – Напомню, что пока у нас с тобой оформлена совместная опека над сыном. Но еще одна истерика с твоей стороны, и я не просто увезу Левку на каникулы, а сделаю так, что ты никогда его больше не увидишь.

Я, кажется, уже предупреждал.

Возможно, он переборщил с металлом в голосе. Ирка-то уже была привычной, а вот Дарина еще не сталкивалась с этой его стороной. Она застыла соляным столбом и, уткнувшись носом в бок Родиона, кажется, даже через раз дышала.

– О, давай! Давай… показывай свое истинное лицо, – окрысилась Ирка. – Пусть твоя шлюха знает, что ее ждет.