А что вы хотели от Бабы-яги

Мне не хотелось оставаться в Бемирании, потому что мне здесь не нравилось, а в родной Расстании… в общем, я уже не хочу туда возвращаться, хоть и придется. А причина этих моих терзаний сейчас нагло едет рядом и ни о чем не догадывается. Когда же я пару раз кивнула невпопад и совершенно не к месту сказала «ну надо же», он понял, что сказителя из него сегодня не выйдет.

– Алена, ты меня не слушаешь? – Князь тронул меня за руку.

– Слушаю, – как можно спокойнее ответила я и даже решила подтвердить насколько внимательно: – Ты рассказывал, как вы с Виктором полезли на крышу снимать корову, которую занесло туда смерчем.

– Я рассказывал это уже час назад. – Князь хитро прищурился. – О чем ты думаешь?

– О вечном. – Я уселась на лавочку и печально уставилась вдаль.

Александр постоял, разглядывая меня, и пошел к озеру. «Топиться, что ли, собрался?» – отрешенно подумала я. Но он топиться не собирался. Присев на корточки, князь ухватился одной рукой за хлипенький кустик, сиротливо торчащий на берегу, и потянулся за ближайшей кувшинкой.

Теперь меня мучил совсем другой вопрос: «Навернется или не навернется?», потому что кустик, по моим прикидкам, просто не мог выдержать такого издевательства ни физически, ни морально. Я даже от своих невеселых мыслей отвлеклась, уже с повышенным интересом наблюдая, чем же закончится эта добыча кувшинки.

Князь не свалился, и я даже немного разочаровалась, все веселее было бы. (Какая же я противная!) Выдернув цветок, он резко выпрямился и направился обратно ко мне, покручивая стебель пальцами.

Жаль, надо было подтолкнуть.

– Думала, я составлю компанию местным лягушкам? – усаживаясь рядом со мной, спросил он.

Я попыталась состроить самое безобидное выражение лица, но ехидная улыбка стираться до конца не хотела, что вызвало с его стороны бурю протеста.

– Вот-вот, утону, и спасти некому будет…

– Не переживай, – многообещающе улыбнулась я. – Если ты утонешь, я к тебе Даяну пришлю, чтоб не скучно было.

Его губы тронула какая-то загадочная улыбка, но мое откровенное издевательство осталось без ответа.

А вот я при упоминании о русалке вспомнила одну немаловажную вещь, которая раньше не приходила мне в голову, хотя должна была… и сразу по моем воскрешении.

– Что с Васькой? – неожиданно спросила я Александра. – Мне никто до сих пор не сказал, какая судьба постигла его.

Князь плотно сжал губы, его глаза нехорошо сузились, будто он вспомнил о чем-то мерзком.

– Он убит, не волнуйся.