100 великих городов древности

Без преувеличения можно сказать, что главное напоминание, которое они оставили о себе потомкам и которое говорит о них лучше любых летописей, это продуваемый ветрами розовый скальный шедевр, спрятанный ими среди неприступных ущелий.

(По материалам drevnijmir.ru)

Сидон — «пурпур» по-древнегречески

Древнюю славу Сидону принесли знаменитые финикийские купцы и мореплаватели. В те времена город, расположенный сегодня в 48 км к югу от Бейрута, был столь велик и могуч, что Гомер называл «сидонцами» не только его жителей, но и всех, кто жил на побережье.

Золотым периодом истории Сидона были X–VI вв. до н. э., когда весь древний мир узнал о Финикии.

Гомер помог нам узнать тайну этого названия. В переводе с древнегреческого оно означает «пурпур», так как именно это знаменитое красящее вещество, добывавшееся из моллюсков, обитавших на дне Средиземного моря, принесло богатство и славу Сидону. Сложный процесс производства делал пурпурные ткани дорогими, приобретать их могли лишь очень состоятельные люди, и пурпур в течение столетий оставался символом высокого общественного положения.

И хотя мудрые жители Сидона всегда старались откупиться от захватчиков, в 351 г. до н. э., когда город осадили войска персидского царя Артаксеркса III, они закрыли ворота и подожгли город, чтобы умереть, но не сдаться. Более 40 000 жителей погибли в огне, поэтому в 333 г. до н. э. Александр Македонский приказал практически заново отстроить город и даже сделал его центром Олимпийских игр на побережье. Городу было разрешено чеканить свою монету, это же право заслужил он и у римлян.

Сидон

Если удалиться от города всего на один километр, то в зелени цитрусовых садов взорам предстанет еще одно чудо здешних мест — храмовый комплекс Эшмун. Он также не избежал участи быть перестроенным в более поздние века, его основа — финикийский храм богу Эшмуну[33], олицетворявшему здоровье и силу — а мы знаем его под именем Эскулапа. Его символ — чаша со змеей — и сейчас является символом медицины.

В окрестностях города находится еще много руин, бывших свидетелями не только крестовых походов, кровопролитных войн, но и успешных торговых переговоров. Еще с XVII в. французские купцы избрали этот город своим узловым центром в торговле с Ливаном и Сирией.

Сегодня эта древняя крепость является лишь тенью былого величия. Полуразрушенная фортификация более не является последним прибежищем от врагов. Ее стены не вызывают благоговейного трепета в сердцах ливийцев.