100 великих городов древности

Власть оказалась в руках Платонова ученика — однако построить «идеальное государство» оказалось труднее, чем разрушить существующее. Народ требовал нового передела земли. Все сражались со всеми, Дион был изгнан и с вершины холма смотрел, как пылает его родной город. Он еще раз сумел овладеть Сиракузами, но вскоре был убит. Благие намерения ввергли страну в ад.

Когда в 344 г. до н. э. коринфянин Тимолеонт высадился на остров, чтобы отразить нападение карфагенян, Сиракузы лежали в развалинах, на рыночной площади росла трава по колено.

В 317 г. до н. э. в обстановке войн и смут сиракузяне вручили диктаторскую власть бывшему горшечнику Агафоклу. Агафокл казнил богатейших граждан, переделил землю, освободил многих рабов и провозгласил себя «царем Сицилии».

Отныне тираны превратились в благородных монархов: правивший в середине III в. до н. э. царь Гиерон окружил себя поэтами и покровительствовал ученым, знаменитый механик Архимед был другом царя.

Со времен Дионисия Сиракузы славились своими кораблями и катапультами; Архимед и корабельный мастер Архий создали одно из чудес света — огромный корабль-дворец с великолепными залами, бассейнами и боевыми башнями. Корабль приводили в движение две тысячи гребцов, а на башнях стояли баллисты, бросавшие в противника трехпудовые камни. Тысячи рабочих впряглись в канаты, чтобы спустить корабль на воду, но не смогли сдвинуть его с места.

Архимед создал для Гиерона множество военных машин, которые пригодились сиракузянам, когда после смерти царя, в 214 г. до н. э., к городу подступили римские легионы. Римляне двинулись на штурм с суши и моря, установив на кораблях осадные башни, — но не смогли подойти к стенам; их поражали из бойниц многочисленные катапульты, а на подплывавшие ближе корабли спускалась огромная механическая лапа, поднимавшая их вверх и опрокидывавшая в море.

Возвышающиеся над стенами машины напоминали сторукого великана Бриарея[156], и римский командующий говорил, что ему приходится сражаться с «математиком Бриареем».

Однако после двух лет осады измена помогла римлянам ворваться в город.