10000 миль, чтобы найти тебя

У меня возникло неприятное давление в груди… Я вспомнила нашу первую встречу, когда, сама не зная почему, позволила незнакомцу увидеть себя обнаженной на камнях, чуть дальше отсюда. Невольно вспомнила связь, силу его взгляда, который очаровал меня несмотря на расстояние, а затем улыбнулась, вспомнив тот день, когда мне удалось украсть у него волну и мы с ним впервые поговорили.

Я больше ни к кому не испытывала таких сильных чувств… Мне было прекрасно известно об этом, оттого и так грустно.

Конечно, не говорю, что больше не влюблюсь в этой жизни, потому что я влюблюсь. В мире жили миллионы людей, и невозможно такое, что для меня существовал только один человек, но обстоятельства, в которых мы жили, время и место… Я знала, что это не повторится, потому что подобное случается лишь один раз в жизни.

Мне пришлось закрыть глаза от острой боли в груди.

Было так больно… из-за дяди, из-за Алекса, из-за того, что я больше никогда его не увижу, и из-за того, что мне пришлось столько всего потерять за такой короткий промежуток времени…

Я спрыгнула со скалы и нырнула под воду, в поисках кислорода в месте, которое дало бы мне все, кроме этого, однако в каком-то смысле именно оно дало мне покой.

Я спускалась все ниже и ниже, потому что мне хорошо давалось подводное плавание, а когда больше не могла держаться, уперлась ногами в песок и поднялась, выпуская воздух маленькими пузырьками. Вынырнув на поверхность, я дышала так, будто воздух наконец попал в мои легкие спустя несколько недель, проведенных без него.

Посмотрев на берег, заметила, что в баре уже довольно много людей пьют пиво… Бату терпеливо ждал, когда я вернусь к нему. Ему никогда не нравилось смотреть, как я плаваю в море. Тяжело вздохнув, снова забралась на доску, которая немного сдвинулась во время моего небольшого путешествия под водой. Я медленно гребла к берегу и держалась рукой за доску. Бату подошел, чтобы поприветствовать меня, и мы вместе пошли к Mola Mola, где я увидела, как трое моих лучших друзей пьют пиво и смотрят на меня широко раскрытыми глазами.

Подойдя к ним, изо всех сил старалась не обращать внимания на их удивленные взгляды. Я достала полотенце из рюкзака и завернулась в него, слегка дрожа от холода.

– Как дела? – спросила я, игнорируя взгляд, который, похоже, стал их любимым… Он был наполнен жалостью и беспокойством.

Выносить подобное было невозможно.