10000 миль, чтобы найти тебя

Когда я вошла, картина, которая предстала перед моими глазами, навсегда сохранилась в моем сундуке с хорошими воспоминаниями.

Моя подруга сидела на кровати с приподнятым матрасом, который фиксировал ее положение. Она задремала, держа в руках малыша, который был завернут словно буррито.

Я заулыбалась, увидев копну рыжих волос, что торчали из-под белого пледа, в который он был завернут.

– Он у нас такой же морковка, как она, – усмехнулся Нейт, и, услышав его слова, Мэгги тут же открыла глаза.

Когда она увидела нас там, ее глаза наполнились слезами.

– Вы приехали! – взвизгнула она, не в силах больше сдерживать слезы.

Мы подошли к ней и осторожно обняли, чтобы не разбудить ребенка. На нем было боди с вышивкой аккуратным каллиграфическим шрифтом, которая гласила: «Натаниэль II».

Я улыбнулась.

Значило ли это, что в конце концов ребенок действительно был от Нейта?

Это достаточно сложная тема, которую еще несколько дней назад не было возможности решить, по крайней мере, до момента рождения малыша.

– Он очаровательный, Мэгги, – отметила я, любуясь пухлыми розовыми губами, маленьким вздернутым носом и полупрозрачными ресницами. Даже брови у него были светло-оранжевые.

– Тут и не поспоришь, что он твой сын, да? – подстебнула ее Эко, и в комнате воцарилась странная атмосфера.

– Так, значит, Нейт II? – спросил Гас.

Нейт расплылся в гордой улыбке.

– Мне удалось ее убедить.

На моем лице тоже появилась улыбка.

– Красивое имя… очень аристократичное, – сказала я, смеясь.

– Он же наследник Оливьери, поэтому у него должно быть имя, соответствующее семье.

Я посмотрела на Мэгги, заставляя себя не терять улыбки.

В конечном счете нам пришлось оставить их, настала очередь впервые купать ребенка, и они безумно нервничали.

Сразу после того, как мы втроем спустились на лифте и направились к двери, мы остановились, с тяжестью в груди наблюдая за тем, как Малькольм заходит в больницу.

Он нервно посмотрел на нас. В его глазах можно было прочитать, что неуверенность касательно того, был ли он отцом этого ребенка или нет, убивала его изнутри.

– Как дела, ребята? – спросил он, увидев нас.

Я понятия не имела, что сказать, поэтому Эко ответила за все троих.

– Мы так рады тому, что познакомились с малышом, – сказала Эко, стараясь не ступать на скользкую дорожку.

Малькольм кивнул, вид у него был серьезный.

– Никому бы не удалось определить, чей это ребенок, он – копия Мэгги.