Злые чары Синей Луны

Он коротко рассмеялся, удивив самого себя, и покинул драгоценную уединенную поляну, чтобы еще раз послужить королеве и долгу.

На другом конце замка юная ведунья Тиффани вывела на прогулку пса Чаппи, и трудно сказать, кто из них испытывал большую неловкость. Она не поленилась сотворить для него кожаный ошейник и поводок, а хитрец только глянул, вырвал изделие у нее из рук и слопал, тем все и кончилось. Но Тиффани была по-прежнему решительно настроена на прогулку, и ее железная воля замучила Чаппи до такой степени, что он согласился с мучительницей, лишь бы та перестала с ним разговаривать.

Они отправились на прогулку бок о бок, оба исполненные мрачной решимости продержаться дольше противника."

"Чаппи смотрел прямо перед собой и делал вид, что бродит сам по себе. Это получалось с трудом, поскольку Тиффани настаивала на поддержании непринужденной беседы и задавала ему один и тот же вопрос до тех пор, пока не добивалась ответа. Девушка была способна найти тему для веселья практически в чем угодно и пользовалась этим.

Пес ограничивался в основном хмыканьем и время от времени негромкими проклятьями. Он сердито зыркал на всех, кто попадался им по дороге. Когда парочка проходила мимо, люди старались расступиться как можно дальше. Некоторые даже поворачивались и убегали. Особенно когда Тиффани пыталась остановиться и поболтать с ними.

— Честно, — в пятый раз завел Чаппи, — меня не надо выгуливать. Я согласился охранять тебя, потому что Аллен взял с меня обещание. Но с тем же успехом можно проделывать это за закрытыми дверями.

Предпочтительно где-нибудь неподалеку от кухни. В данный момент я настолько голоден, что съел бы целого коня, вместе с копытами и потрохами. А я ненавижу потроха. Ты бы тоже их ненавидела, если бы знала, какую функцию они выполняют в организме. Почему все, что считается полезным, всегда ужасно на вкус?

— Потому же, почему и лекарства, — сказала Тиффани. — Как еще узнать, что оно поможет? Все в мире должно уравновешиваться, даже символически.

Может быть — в особенности символически.

— Вот от таких умствований у меня голова и болит, — заявил пес. — Мы не могли бы приостановиться на минутку? Мне надо как следует почесаться и вылизать себе яйца.

— Чаппи! Ты не можешь делать это передо мной!

— Извини. Не знал, что сейчас твоя очередь.

Он захихикал. Тиффани испустила громкий стон, и оба остановились, сверля друг друга взглядом. Девушка чувствовала, что против воли повышает голос.