Жестокий роман. После (СИ)

Я укладываю Вику на постель, а сам усаживаюсь на пол перед кроватью. Она смотрит то на мои руки, то на мое лицо. Закрывает глаза и мотает головой, будто отгоняет подступающий к ней снова кошмар.

— Уходи, пожалуйста, — роняет тихо.

— Я пришлю слуг, пусть помогут тебе.

— Нет, — моментально отказывается. — Никого не хочу видеть.

— Есть кнопка вызова, — киваю в сторону электронного экрана на стене. — Нажми и горничная придет.

Вика молчит. Просто смотрит на меня так, что я понимаю, сейчас между нами встает такая стена, которую ничем не пробить.

Поднимаюсь и направляюсь к выходу, только перед самой дверью останавливаюсь и бросаю:

— Я всегда тебя услышу, Вика.

Она молчит, и я толкаю дверь.

— Откуда ты можешь знать? — доносится мне вслед.

Оборачиваюсь и смотрю на нее. В глазах до сих пор отблески пережитого ужаса, на губах играет горькая улыбка. И мне приходится приложить всю силу воли, чтобы не сорваться и не броситься к ней, не накрыть эти губы собственным ртом.

— Знаю, — бросаю твердо. — Иначе быть не может.

Выхожу и закрываю дверь.

Блядь. А я сам в свои слова верю? После того, как сорвался в тренировочном зале я уже ничего не могу знать наверняка.

Болевые ощущения возвращаются. Некоторое время уходит на то, чтобы обработать раны. Потом я набираю номер своего старшего брата.

— Приезжай, — бросаю вместо приветствия.

— Марат, это не лучший момент…

— Разговор есть.

Он молчит, а потом бросает:

— Буду завтра. Вечером.

— Поздно, не катит.

— Я еще не довел наш план до конца.

— План подождет.

— Даже так?

— Ты нужен мне здесь.

— Тогда увидимся утром.

Я убираю телефон. Хаген не так опасен как то, что скрывается внутри меня. И я должен понять, что делать с этим дальше.

Я должен защитить Вику. От себя. И я должен вернуть ее. Добиться ответа. Не силой, по-настоящему.

27

Я наблюдаю за ней из окна.

На улице жара, а она выбрала закрытое платье. Руки скрыты. Никаких вырезов. Бьюсь об заклад, после вчерашнего на теле остались синяки. На плече так точно.

Я чувствую ее напряжение.

Блядь, все должно было быть совершенно иначе.

Я представлял, как мы сблизимся здесь. Начнем заново. Но я охуеть как ошибался. Все мои планы полетели к чертям. И дело не только в том, что Майкл не мой сын. Проблема гораздо глубже. Я слишком увлекся будущим и напрочь забыл прошлое. Жизнь врезала под дых.