Жестокий роман. После (СИ)

Поднимаю платье и возвращаю в шкаф.

Неожиданное появление Марата в моей спальни напрягает. Еще и такой странный повод для разговора нашел. Тайный брат короля. Абсурд.

Мы и так слишком часто общаемся в эти дни. Другого выхода нет. Нужно обсудить детали безумного плана. Мы постоянно оказываемся рядом. И это бесит.

Хуже всего — дети начинают привязываться к Марату. Не знаю, как у него получается, но их буквально очаровывает. Сложно вообразить, как этот агрессивный тип способен на нормальное общение, на нежность, на ласку.

Я смотрю на него и сразу вижу монстра из оружейной комнаты. Монстра из прошлого, который рвал меня в клочья. И монстра из настоящего, который гнался за мной точно одержимый совсем недавно.

А мои дети не чувствуют от него ни опасности, ни угрозы. Это видно. Они спокойные, расслабленные. Марат их не пугает. Ни капли."

"Утром он искал щенков вместе с Микки, а потом с интересом слушал Бекки, когда моя дочка рассказывала ему про коллекцию своих разноцветных пони, которые остались дома.

— Зачем этот спектакль? — не выдержала я, когда мы снова остались наедине.

— Ты о чем? — он сделал вид, будто ничего не понял.

— Зачем ты притворяешься, что тебе интересно общаться с детьми? Для чего разыгрывать такой спектакль?

— Я не играю, Вика.

— Ну конечно.

— Мне правда это интересно.

— Слушать про пони? — хмыкаю. — Ловить Снежка? Кормить Брауни с ладони? Тебе самому не смешно?

— Ты любишь этих детей.

Он сказал это очень серьезно. Поймал мой взгляд. В его глаза не мелькнуло даже слабой тени насмешки или притворства.

Марат всегда выражался прямо.

— Люблю, — тихо произнесла я.

— А я люблю тебя, Вика.

Мне больше нравилось, когда мы обсуждали Хагена и варианта того, как с ним можно расправиться раз и навсегда. Мне легче было говорить о берсерках, о той безумной теории, которую Марат выдвинул насчет своих диких припадков.

— Ты так и не представил мне того, кто будет присматривать за детьми, когда мы уедем в Нордкап, — решила перевести тему.

— Завтра утром ты все узнаешь.

— Ты так уверен, что я одобрю любую твою кандидатуру?

— Здесь я точно не сомневаюсь.

Чем больше проходило времени, тем тяжелее становилось.

Я не могла не признавать очевидное. Марат отлично умел найти общий язык с детьми. Ему это удавалось.

Но также очевидно то, что он опасен. Угроза самого высшего разряда.

Он плохо контролирует свои животные порывы. На “выход берсерка” можно списать абсолютно любой из его диких поступков. И что? От этого не легче.