Жестокий роман. После (СИ)

Наконец, я могла встретиться с родной матерью. До этого мы даже толком не могли общаться. Родня Марата могла следить за ней, чтобы выйти на нас.

Мы обменивались открытками без подписей или использовали шаблонные фразы, по которым ничего толком нельзя было бы отследить. Употребляли казалось бы обычные слова, которые только для нас имели особое значение. Нечто вроде секретного кода, который формировался сам по себе, без какой-либо предварительной договоренности. Даже такие послания отправляли не напрямую, а через посредника.

"Пять лет страха. Постоянного страха, фонового. Пять лет, когда я лишь изредка могла себе позволить набрать маму с чужого номера, просто послушать ее голос.

А она даже не знала, куда именно ей можно набрать в ответ. Хотя уверена, всякий раз она чувствовала, что по ту сторону молчит ее дочь.

Когда Ахметов-старший отправился в ад, где ему было самое место, я наконец смогла вздохнуть спокойно. На тот момент Марат уже устроил для моей мамы переезд в Америку.

Но теперь смысл прятаться пропал.

Я до сих пор не могла поверить. Тяжкий груз рухнул с плеч. Про Хагена я вообще забыла под влиянием той пьянящей радости, которая обрушилась на меня.

Свобода. Больше нечего опасаться. Не от кого прятаться.

Я не представляю никакого интереса для семьи Ахметовых. Им плевать, жива я или мертва. Впрочем, они знают: жива.

Мы с Маратом ездили на встречу.

Начинается новый этап.

Я еще не до конца осознала развернувшиеся перемены. Однажды утром, стоя перед зеркалом, задумалась.

Почему я с Маратом? Зачем? Что нас вообще связывает?

Привычка. Секс. Болезненная привязанность.

— Доброе утро, царица, — он обнял меня сзади, прижался губами к моей шее, а я наблюдала за нашим отражением.

Страсть не ушла, никуда не исчезла даже через пять лет. В его руках я пылала, сгорала дотла, извивалась и умоляла о большем.

Плевать, что осознавала, насколько все это ненормально.

Он приковал мое тело к своему.

— Доброе утро, — тихо ответила я.

Почему бы нам не разойтись?

Пока ничего не сказала с Маратом, просто продолжила развивать мысль про себя. Можно постараться и найти правильный подход, убедить его, что так станет лучше. Для нас обоих.

Часть меня верила в удачу, в то, что я справлюсь. А другая часть только криво усмехнулась. Такой как Марат, скорее убьет, чем отпустит.