Жестокий герой

Может, болезнь проявилась бы позже в любом случае. Но согласись, выглядело подозрительно.

- Твоему отцу оказалась проще поверить в измену любимой женщины? - хмуро сдвигает брови. - Другие варианты он не рассматривал?

- Отец считал всех коллег непогрешимыми. Врачи из военного госпиталя казались ему лучшими специалистами на свете. Стандартная процедура. Самая обычная прививка. С этим не должно было возникнуть никаких трудностей.

Тимур достает пачку сигарет и закуривает. Затягивается, выпускает гигантское облако дыма.

- Отец запрещал мне называть сестру сестрой. Запрещал обращаться к ней по имени. Раз за разом повторял, что нельзя привязываться. А я не понимала - ну как это? Чем девочка виновата? Она же просто ребенок. Такой же как я. Да, с особенностями. Маленькая. Хрупкая. Но почему не разрешается проводить с ней время? Почему только мама ею занимается? А если я хочу помочь? Если я справлюсь даже лучше?

Потираю гудящие виски. С шумом втягиваю воздух.

Я тянусь и беру сигарету, щелкаю зажигалкой, которая принадлежит Тимуру. От первой же затяжки начинаю кашлять. Голова кружится.

- Брось это дерьмо.

Мужчина отбирает у меня сигарету, сам докуривает, а свою пальцами тушит, сминает в крупной ладони.

- Отец увез Диану, — продолжаю отрывисто, прочищаю горло. - После того скандала между ним и мамой. Он забрал ее и запретил посещения. Не сказал, куда отправил.

- Твой отец больной подонок.

- Герой, - чувствую жуткую горечь на губах. — Ты бы видел сколько медалей у него было. Сколько заслуг. Его вечно всем в пример ставили.

- Отбитый ублюдок.

- Мы узнали, где находится Диана только после его смерти. Генерал сказал. Мама хотела мигом туда броситься, но не вышло. Генерал объяснил, что та догадка насчет прививки может оказаться близка к истине, что там очень темная история вышла и лучше никому не знать, будто моя сестра до сих пор жива.

Тимур молчит, но по всему понятно — Генералу не верит ни секунды.

- Я встречалась с ней, — продолжаю. - Несколько раз. После смерти мамы настояла на этом. Я же давно обещала позаботиться о Диане. Мы это обсуждали. Знали, придет день, когда снова окажемся вместе.