Жестокий бог

Он схватил меня за подбородок, рывком притянув мое лицо к своему. Игла выскользнула из моих пальцев и со звоном упала в ванну под ним. Наше дыхание смешалось, горячее, тяжелое и полное густой похоти – металлический запах его крови и сладость моего дыхания, приправленного вкусом арбузного напитка, который я выпила перед возвращением домой.

– Не притворяйся, что моя кровь тебя не заводит. Ты хорошо и жестко высосала ее, и мой член станет следующим.

– В твоих меч…

Все произошло так быстро, наши губы столкнулись, как огонь и лед.

Мои колени опустились на пол. Вон взял мое лицо в свои руки и поцеловал меня более грубо, прикусив уголок моих губ, уткнувшись своим носом в мой, пожирая меня с тем же отчаянием, которое я испытывала к нему.

Я была добровольной, глупой добычей.

Я захныкала, когда он внезапно прервал поцелуй. Он отшатнулся, как будто я его укусила. Выражение его лица было бесценным – как будто он только что проснулся и обнаружил меня в постели с ним. Как будто это я поцеловала его и постоянно вторгалась в его вселенную.

– Черт. – Его грудь поднималась и опускалась вместе с тяжелыми штанами, его глаза снова опустились к моему рту.

Это был первый раз, когда я видела его слетевшим с катушек.

– Не в этой жизни, Спенсер. – Я прочистила горло, пытаясь дрожащими пальцами поднять скользкую иглу из ванны. Оборвала нить и закончила зашивать его. – Сейчас я собираюсь промыть рану. Стой спокойно.

– Заткни меня в следующий раз. – Он взял бутылку виски и одним глотком осушил ее. Его губы были опухшими и в синяках, и я поняла, что мы целовались несколько минут.

– Нет. Ты убедишься, что следующего раза не будет, – горячо прошептала я, облизывая губы. – Не уверена, что ты заметил, но сейчас двадцать первый век. Мужчины сами отвечают за свои поступки. Или ты один из этих шовинистов «почему-она-это-носит» и считаешь, что женщина в ответе за все?

– Отвратить меня своей одеждой, похоже, твоя цель на всю жизнь, так что в этом плане никаких проблем не будет.