Сердце дракона. Том 8

– Проклятье, – снова выругался Хаджар.

Перевернувшись на спину и перевесившись за борт, он смотрел на то, как стремительно исчезает огненный гриб. С неба, даже учитывая, какое расстояние они преодолели, падали пылающие обломки. Порой небо пронзали чьи-то крики. Сперва нарастая, они вскоре стихали, исчезая где-то под килем.

– А как же твое – “этот корабль будет моим?!” – Хаджар вернулся обратно в лодку и распластался на скамье. – Это так ты, Эйнен, корабли захватываешь, да? Разносишь их ко всем Вечерним Звездам!

– Я быстро понял, что втроем мы им управлять не сможем.

Хаджар посмотрел на друга. Тот, покрытый поверхностными ранами, стоял у штурвала и вновь смотрел куда-то вдаль.

– Проклятье, дружище! Я до сих пор не могу понять, когда ты шутишь, а когда нет!

Какое-то время они летели в тишине. На такой высоте должно было быть невероятно холодно. Возможно, так оно и было. Но для истинных адептов простой холод или разряженный воздух не создавали абсолютно никаких неудобств.

А от шума встречного ветра их сберегал защитный купол, который и сейчас мерцал вокруг лодки."

"– Простите, – внезапно прошептала Дора. Она, спиной прислонившись к мачте, сидела на дне лодке. – Стыдно-то как… растерялась, будто беззубая практикующая!

Хаджар не сразу понял, что “беззубая” в данном обороте использовалось в переносном смысле. Какое-то время он всерьез размышлял над тем, вырастают ли у эльфов зубы только после того, как они достигают уровня истинного адепта.

– Не страшно, – Эйнен продолжил разговаривать в своей привычной манере – абсолютно сухо и безэмоционально. – Любой, кто впервые оказывается в морском… прошу прощения – небесном сражении, в первые минуты цепенеет.

– С тобой тоже такое было?

Хаджар широко улыбнулся, но так, чтобы этого не видела Дора. Он уже знал эту историю, чего, видимо, не скажешь об эльфийке.

– Я исключение, – ответил Эйнен. Он наверняка не хотел продолжать данную тему, но Дора стояла на своем.

– Почему?

Островитянин повернулся к Хаджару, но тот лишь развел руками. Мол – “сам выкручивайся”.

Тяжело вздохнув, Эйнен, все же, решился ответить.

– Моя мать тоже была капитаном пиратского корабля. И родила меня прямо в момент сражения флота нашей семье с государевыми судами.

После этого еще несколько часов они плыли в полной тишине. Дора, скорее всего, все еще обрабатывала недавно полученную информацию.