Железное пламя

Мира медленно повернулась ко мне, приглядывая краем глаза за тушей.

– Я тебя, конечно, не подгоняю, но если ты не узнаешь, о чем врал Уоррик, нам хана.

– Точно. – Ведь я так замечательно справилась в первый раз. А я даже не знаю морранийский. В переводе и сравнении текстов придется полностью положиться на Есинию. Я сделала дрожащий вдох. – Нет, вообще не подгоняешь.

Глава 58

Земли для выведения птенцов в Долине Басгиата – наша величайшая сила… и наша величайшая слабость.

Дневник Уоррика из Люцераса, перевод кадетов Вайолет Сорренгейл и Даина Аэтоса– Упрямый болван, – пробормотала я, развернувшись перед входом в аудиторию и направившись в спортивный зал.

Все разговоры с Бреннаном за неделю не привели ровным счетом ни к чему, а от его легкого и быстрого отказа – несмотря на мои искренние просьбы – пересмотреть решение Ассамблеи насчет Сэмарры так и закипала кровь.

Я распахнула двери резче, чем стоило, и обнаружила, что в зале пусто. Почти. Именно этого я и ожидала в десять вечера в выходные.

Ксейден стоял в самой середине зала, широко расставив ноги и сложив руки на груди, в форме для тренировок и с той самой искусной маской безразличия, которой так славился.

– А я думала, ты шутишь, когда прочитала записку. – Я прикрыла дверь за собой, потом сосредоточилась на замке и повернула руку, транслируя не больше силы, чем требовалось, чтобы услышать, как с щелчком запирается замок.

После нашего возвращения из Альдибаина его отправили наблюдать за Дрейтусом.

– Я решил, мы будем ссориться. Где это лучше делать, чем не в зале для вызовов?

Он стоял совершенно неподвижно, дожидаясь меня. Его обычных мечей видно не было, но на бедре висели два кинжала.

– У тебя теперь есть спальня под чарами, – напомнила я, выходя на мат.

Хотя я и сомневалась: что толку от этих чар, раз наш метод их установки, очевидно, оставлял желать лучшего.

– У нас есть спальня под чарами, – поправил Ксейден, обводя меня голодным взглядом, когда я остановилась всего в паре футов от него.

И я не могла его винить, ведь и сама занималась точно тем же – упивалась каждой его чертой лица, каждым изгибом его тела. Злило меня его откровение или нет, но мучилась я каждую минуту его отсутствия по-прежнему.