Железное пламя

Есиния кивнула и скрылась между книжными стеллажами.

– Ты знаешь язык знаков? – прошептала я.

– Ты знаешь тирский, – ответил Ксейден, – а он гораздо менее распространен.

Между нами воцарилось неловкое молчание – спор по-прежнему не давал нам покоя. По крайней мере, мне. Я никогда не понимала, что чувствует он, что и было одной из наших проблем. Использовав в разговоре с Есинией слово «нам», Ксейден связал себя со мной. Если Есиния сдаст меня, его затянет следом.

«Попробуй эти две, – предложила вернувшаяся Есиния и протянула мне сумку.

«Что ты о ней думаешь?» – спросила я, с тревогой осознавая, что Ксейден наблюдает за нами.

То, что она скажет дальше, свяжет ее судьбу с ним.

«Чистый фольклор с хорошими историями. – Есиния склонила голову набок. – Это был ограниченный тираж, но явно напечатанный на станке. Но не настолько ограниченный, чтобы не передавать один экземпляр в Архивы после публикации. – Взгляд, которым она меня наградила, был полон ожидания.

Я сглотнула комок в горле.

«Кажется».

Позади меня напрягся Ксейден.

«Как я и сказала, интригующе. Увидимся через субботу?»

Я кивнула, и, поблагодарив Есинию еще раз, мы ушли. На выходе мы миновали спящего на страже Насю, который уже начал похрапывать.

Мы преодолели уже половину туннеля, прежде чем Ксейден заговорил:

– Скажи мне, какая еще книга в сумке. – Похоже, спор продолжал бурлить и внутри него.

– «Сказки Пустошей».

Не было никакого смысла лгать ему.

– Ты отдала ей «Сказки»? Почему? – Голова Ксейдена наклонилась в мою сторону. Он остановился посреди туннеля и нежно взял меня за локоть. В его глазах плескался страх.

– Я одолжила ей «Сказки». Потому что она попросила.

– Имея этот текст на руках, она могла тебя сдать. – Теперь в его глазах пылал гнев.

– А если бы я донесла, что она не записывает мои запросы, ее уволок бы Маркем. – Я покрепче обхватила лямки сумки.

– В обе стороны, но ты запираешься от меня, пока я изо всех сил стараюсь перед тобой открыться!

Сказал человек, который даже ни разу не признался, что любит меня. Если вообще любит. Боги, как же я устала делать первый шаг всякий раз, как имела с ним дело. И сегодня – совсем не тот день, чтобы делать очередной.

– Ага. До тех пор, пока ты можешь держать свои секреты при себе.