Жажда

- Моя девочка, - Захар утыкается лбом в мой лоб. – Малышка.

Он укладывает меня на постель, устраивается между разведенными бедрами и прижимается губами к плечу, прихватывает кожу зубами, но не кусает, чуть втягивает, после следует дальше. Прокладывает огненную дорогу до ключиц, дразнит языком нервно бьющиеся жилы. Опускается ниже, заставляет кровь закипеть. Его рот накрывает мою грудь, ласкает, принуждая мелко трепетать, дрожать от острого и ранящего возбуждения. Он изучает меня так долго и нежно, что я вообще перестаю нормально соображать.

Захар упирается крепко сжатыми кулаками в матрас, не наваливается на меня и не вдавливает в кровать, но я все равно ощущаю его тяжесть. Мощь горячего тела подавляет. Хотя движения губ легкие, почти невесомые, но будоражащие.

Мои соски твердеют под этими порочными прикосновениями, напрягаются и болезненно ноют, саднят, принуждая выгибаться, изнывать от новых чувств.

Я вплетаю пальцы во взъерошенные волосы Захара, но сама теряюсь – я отталкиваю его или притягиваю? Или же безотчетно хочу трогать?

Он опускается ниже.

И опять слабые прихваты зубами.

Мои колени дрожат, а пальцы поджимаются. Сейчас я бы точно не удержалась на ногах, не смогла бы выстоять. Мой позвоночник изгибается дугой. Руки дрожат и срываются вниз.

Его мускулы напряжены, кожа покрыта потом. Впечатление, точно он проводит жесткую тренировку.

- Захар! – вскрикиваю.

Он подцепляет зубами край моего нижнего белья, зажимает челюстями нежное кружево и безжалостно раздирает на куски, полностью обнажает мое тело. Он срывает последнюю защиту.

Так дико. Теперь я верю во все его сумасшедшие признания. Парень и правда жаждет меня сожрать. Обглодать, но сперва довести до безумия.

Захар целует меня. Просто прижимается губами там… где я распалена настолько, что становится стыдно и щеки горят от смущения. Короткое прикосновение, но такое прожигающее, что дымится постель.

Я не успеваю запротестовать.

Парень движется дальше. Проходится губами по внутренней стороне бедер, по икрам. Обводит языком лодыжки, задерживается на тонком белесом шраме, что остался на мне после весеннего бала.

- Ты так пахнешь, - бросает Захар.