Жажда

– Становлюсь слишком предсказуемым. Надо срочно это исправлять. В следующий раз придумаю оригинальный презент.

- Вроде Соколовского, который поджидает меня в темном коридоре?

Джокер мрачнеет. Его лицо пугающе преображается, черты приобретают зловещий вид, угрожающий. Но парень быстро берет эмоции под контроль и усмехается.

- Я думал насчет тапочек с фламинго или толстовки с единорогами, но если тебя интересует этот белобрысый придурок, то буду счастлив подарить его. С красивым бантом. По частям."

"Я вздрагиваю и против воли отступаю на шаг назад.

Джокер знал, что мне нравится шоколад. Знал, какого вида мои любимые булочки. Парень оказался в курсе моих предпочтений в одежде.

Та кофта… как же я сразу не догадалась? Я видела ее прежде в Интернете, тоже сохранила в папку. Вещь от известного бренда, стоит целое состояние. Просто расцветка другая. Откуда он ее достал?

Я прихватываю ткань, сжимаю дрожащими пальцами, приподнимаю за край, пытаясь отыскать ярлык. Вроде бы сбоку. Смутно помню.

Кровь стынет в жилах, когда вижу этикетку той самой марки. Он что, заказал кофту для меня? Индивидуальный пошив?

- Кажется, ты запуталась, - говорит Джокер, постукивая костяшками пальцев по стеклу.

- Ты псих? – судорожно сглатываю.

Теперь хочется захлопнуть окно, только подойти ближе страшно. Пульс сходит с ума. Холод пробирает до нутра. Я оборачиваюсь назад, с тревогой смотрю на дверь и очень жалею, что Захар ушел. Потом перевожу взгляд обратно, стараюсь оценить ситуацию.

- Твой парень не скоро вернется, - насмешливо тянет Джокер. – А я здесь, всегда рядом. Почему бы тебе не успокоиться и не открыть это чертово окно?

- Мы можем и так пообщаться.

До ручки он не дотянется, даже пробовать не станет. Сам понимает, что бесполезно. Значит, я в безопасности. Если только он не разобьет стекло. Хотя и тогда я сумею сбежать. Потом останется лишь столкнуться с первым встречным охранником. Конечно, не хочется опять загреметь в карцер, но если выбирать…

- Открывай! – рявкает Джокер и шумно выдыхает, снова растягивает губы в улыбке, которая напрягает покруче открытой агрессии.