Застава, к бою! (СИ)

Тогда все узнают, что сыны Юсуфзы достойны его знатного имени.

Имран замолчал, заглянул Наби в его с призрением сузившиеся глаза. Однако младший брат не осмелился ничего сказать старшему. Он промолчал."

"— Весть о том, кто прогнал пограничников с их заставы, дойдет до полевых командиров, — снова заговорил Имран. — Все узнают, что Имран, сын Захид-Хана Юсуфзы не боится сражаться с шурави на их территории. Молва обо мне разлетится по всем нашим землям. Запомни это, брат.

* * *— Селихов, задержитесь, — услышал я голос замполита Пуганькова за спиной.

Офицеры и сержанты разошлись по своим по позициям. Когда я шел к конюшне, лейтенант догнал меня и окликнул. Он явно хотел о чем-то поговорить.

Пуганьков шел от заставы. Когда я его услышал и обернулся, он ускорил шаг.

— Что вы позволяли себе в канцелярии? — Тут же начал замполит, когда приблизился, — что это было за поведение? Вы вели себя неподобающим образом, младший сержант Селихов.

— Товарищ лейтенант, — вздохнул я, — если вы хотите отчитать меня, то выбрали не лучший момент.

Пуганьков был очень интеллигентным и спокойным человеком. Даже слишком интеллигентным. По крайней мере, для армии.

По моему мнению, на нем бы гораздо лучше сидел какой-нибудь пиджак, чем китель, а сам замполит лучше бы смотрелся где-нибудь в обсерватории, чем на заставе.

Ему не хватало характера, чтобы держаться здесь так, как полагается держаться офицеру на Границе.

Пуганьков вдруг замялся.

— Если это все, разрешите идти, — сказал я.

— Нет. Не все, — решился замполит. — Вы назвали меня трусом, младший сержант. Притом при офицере и сержантах. Это неприемлемо. Извинитесь немедленно.

— Повторюсь, — тон мой похолодел, — сейчас не время. Потом, делайте что хотите. Если вы оскорбились, можете написать рапорт начальнику отряда. Пусть применит ко мне дисциплинарный устав. Но всему свое время.

— Вы правда считаете меня трусом? — Вдруг спросил Пуганьков, — А что, разве другие солдаты не боятся боя? Не бояться погибнуть? Разве вы не боитесь? Все бояться! Тогда разве справедливо с вашей стороны обзывать меня трусом при офицере и командирах отделений⁈

— Это правда, — я кивнул.