Застава, к бою! (СИ)

— Да сколько стоять? — Начал другой погранец из хвостов, звали которого Илья Матузный, — Нас тут едва человек сорок, ну пятьдесят от силы! А их сколько? Две, три сотни? Еще больше? Бьешь-бьешь, бьешь-бьешь, а они все не кончаются!

— Будем стоять, — глянул холодно на него я.

Матузный нахмурился, вытащил автомат из оконной рамы."

"— Да сколько стоять? — повторил он. — Застава рассчитана на тридцать-сорок минут боя! А мы тут уже час стоим! Хватит! Постояли! Подкрепление не подходит, они про нас, как забыли! Выходить надо! Прорываться с боем и уходить с Шамабада!

Я глянул на остальных бойцов.

— Сколько надо стоять, столько и будем, — сказал я, — мы пограничники. Ни шагу вперед и ни шагу назад… Забыли?

Нарыв решительно глянул на меня. Мелко покивал.

— Саша прав. Ты чего, Матузный, нюни распустил?

— Да я… — Удивился Илья и не докончил.

Все потому, что я его опередил:

— Нынче Шамабад будет стоять, братцы… А что есть Шамабад?

Я вопросительно повел взглядом по окружающим бойцам.

— А Шамабад — это мы. Значит, нам и стоять, — докончил я и встал.

Положил Пулемет на нижнюю доску оконной рамы.

— Слышали Сашку? — Встал Нарыв следом, — слышали, я спрашиваю⁈

— Так точно…

— Так точно, товарищ старший сержант.

— Тогда давайте, к соседнему окну! И держаться!

Миша Солодов кивнул. А вот Матузный нерешительно спрятал от меня взгляд.

— Илья, — позвал его я. — Илья, смотри на меня.

Он посмотрел.

— Ребята будут стоять сколько надо. Таран будет. А Тоха Фрундин насмерть стоял. И не было у него сомнений ни в чем. Просто стоял, потому что надо.

Лица Нарыва и Миши сделались скорбными. А еще суровыми и очень злыми.

— Тоха…

— Да, — кивнул я. — Потому не подводи его память, Илья. Он до последнего оборонял заставу. И свой долг выполнил. А ты? Ты так что, не можешь?

— Могу.

— Тогда исполняй приказ командира!

— Есть, — холодным, изменившимся голосом ответил Илья Матузный.

— Давай, че встали⁈ — Подключился Нарыв, — исполнять!

Приободренные бойцы отрапортовали «есть» и метнулись в стойло, что было рядом с нашим.

— Я тут останусь, — сказал Нарыв и занял позицию рядом со мной, — Сейчас мы их встретим как полагается!

Душманы тем временем снова пытались пролезть во двор, правда, уже не так смело. Они залегли за поваленными плитами, засели по краям бреши.