Застава, к бою! (СИ)

— Гля, че творят, суки! — Стал причитать он, стараясь вернуть автомат на место, — близко подошли уже! Херачат прямо в бойницы! Нас выцеливают!

— Держись! Мы их опрокинем!

— Да как⁈ — поднял на меня голову Богдан, суетливо устанавливая автомат на прежнее место.

Я выпрямился. На мгновение заглянул в пустую бойницу, что была повыше.

Духи подошли уже довольно близко. Их передняя линия залегла метрах в шестидесяти, а может быть пятидесяти от нас и просто ощетинилась дульными вспышками автоматов и пулеметов. За ней двигалась новая цепь.

Духи падали, встречая пули пограничников, но продвигались. Вторая волна была уже на подходе к первой.

«Усиливают натиск, — подумалось мне, — собирают силы для последнего рывка. Если ничего не предпримем — они дойдут. Даже танки не успеют подойти, как духи к нам подберутся.»

— Танки к нам идут, — бросив взгляд на Семипалова, сказал я.

Пограничник разразился длинной, но бестолковой очередью, стараясь удержать беспорядочно заплясавший в бойнице автомат.

— Чего⁈ — Крикнул он, глянув на меня.

— Танки! К нам идут танки!

Лицо Семипалова на миг сделалось изумленно-растерянным. Потом изменило выражение. Брови его радостно поползли вверх. Он разулыбался и крикнул:

— Танки⁈

Не ответив, я кивнул. А потом не теряя времени, снова погнал к Пуганькову.

— Танки! Братцы! Танки идут! — Кричал за моей спиной Семипалов, — это Сашка сказал! Танки!

— Чего⁈

— Танки!

— Зараза! Давно пара!

— Сейчас мы им!..

Услышав за спиной крики воодушевленных пограничников, я стал не просто продвигаться дальше, а еще и хлопать по плечу каждого второго-третьего бойца.

— Танки! Сейчас будут танки!

— Танки⁈

— Отделение! — Вдруг крикнул я, — к нам подходят танки! Сейчас мы сомнем противника!

Пограничник, воодушевленные новостью о том, что бронемашины скоро будут здесь, казалось, стали с тройной силой бить врага. Их автоматы зарокотали, чаще, выбрасывая духам навстречу смертоносные пули.

— Танки! — Кричал я, — вы только продержитесь! Сейчас будут танки!

Пуганькова я нашел не сразу.

Осознание пришло в следующую секунду. Я опустил глаза.

Пуганьков сидел на деревянном ящике, под стеной и сжимал в руках пистолет. Когда я опустился к лейтенанту, он, казалось, даже не сразу меня заметил.

Лейтенант весь сжался. Руки его добела стискивали пистолет и тряслись.