Закон свободы

Потому что та голова знает, как отсюда выбраться.

Я вернулся к месту битвы с самим собой, подобрал пушку Гаусса, осмотрел. Исправная. И на индикаторе шесть зарядов, после чего придется менять одноразовый магазин, который сто́ит как чугунный мост. Понятно теперь, что хранилось в «Оружейной комнате». В этом подземелье, по ходу, обычный огнестрел за оружие не считали.

Я обшарил труп псевдо‑Снайпера. Пусто. Магазинов к «G‑3» больше не было. Но и бросать такое оружие потому, что в нем зарядов мало – преступление. Тяжеловато конечно два ствола с собой таскать, но охота пуще неволи.

А еще надо было поторапливаться. Поэтому пока Касси брезгливо отлепляла от себя обрезки скотча, я еще раз пробежался по складу, похватал самое необходимое и, вернувшись, свалил все это перед девушкой.

– Бегом, красавица. Экипируемся в темпе – и валим. Боюсь, что местная охрана скоро начнет беспокоиться на тему куда это делся их начальник. И тогда нам не поздоровится.

Касси была дамой сообразительной, и удар в череп соображалку ей, к счастью, не повредил.

– Ну да, себе второй ствол вон какой отхватил, а мне «калаш» в зубы – и свободна, – проворчала Касси, проверяя магазин автомата.

– Не фиг было валяться за стеллажами и отдыхать, пока я делами занимался, – хмыкнул я, и едва увернулся от пинка, который мог быть весьма чувствительным. – Полегче, подруга, шуток не понимаешь?

– Я одно понимаю, – проворчала Касси, снимая два кукри со стены, увешанной холодным оружием – ну естественно, куда ж без этих кривых то ли ножей, то ли топоров, непонятно за что страстно любимых «всадницей».

– Еще как знаю, – сказал я, ставя переводчик огня «G‑3» на буквенное обозначение «H». Очень надеюсь, что это «heat», то бишь, по‑английски «жара». Потому что если это не она, а что‑то другое, то даже и не знаю, чем может закончиться мой эксперимент с лишь относительно знакомым оружием.

Я поднял винтовку, прицелился в замок, и нажал на спуск.