Закон притяжения. Ее учитель

– Е-х-у-у-у! Видели, да? Я оказался прав! Победа за мной! Victory!

Дурачливые слова одноклассника внезапно отозвались пульсирующей болью в висках.

Это было сродни удару по голове тяжеленным обухом. В ушах загудело. Колени задрожали. Да что там, колени? Ее всю тряхануло так, что чудом на ногах устояла.

– Как ты… сказал? – переспросила заторможено.

Рома повторил по слогам. Очевидно, для особо одаренных.

И на сей раз, на русском.

– По-бе-да! Виктория!

– А Ви… Виктор – победитель, да?

– Ну, ты даешь, Белова! Это же элементарно – все знают!

И она знала.

А теперь воспоминания стремительно вернули ее на месяц назад. В первое сентября.

На пешеходный переход, где они с Ириной столкнулись с той странной незнакомкой.

«Ты все поймешь, когда придет время! – сказала она тогда. – Победа! Тебя в этой жизни ждет победа! Твой удел – быть с победителем!»

Она не знала, верить тому предсказанию или нет, но пазл в сознании уже сложился.

«Выходит, он и есть мой… победитель? Весело, однако!»

Испуганно пискнув, Лена обессиленно осела на мягкие гимнастические маты.

Глава 15

Следующие две недели она провела, как в аду!

В своем личном. Персональном. Аду.

Он снился ей почти каждую ночь! И чем чаще это происходило, тем сильнее она теряла рассудок от своего учителя. Ведь сны с его участием назвать безобидными язык не поворачивался. Всякий раз просыпаясь в поту, тяжело дыша и дрожа всем телом на безбожно смятых простынях, Лена чувствовала, что начинает медленно сходить с ума. Потому что все картинки, которые ей рисовало подсознание, разительно отличались от реальности.

После той выходки на физкультуре, Макаров совсем перестал ее замечать.

Перестал с ней шутить. Перестал реагировать и улыбаться.

Держался теперь предельно холодно и отстраненно.

Да что там? Он даже здоровался с ней сквозь зубы!

Особенно, после дня учителя…

Ириша не успела восстановиться к положенному сроку, и Лене пришлось выступать одной. С сольной песней.

В итоге, даже первоклашки заговорчески шептались, завидев Белову:

– Смотрите, эта та сивая, которая в нашего физрука втюрилась?

– Она самая! – без тени смущения, грозно отзывалась девушка, заставляя малышню с визгами разбегаться в стороны. Нет. Лена, как ни странно, ни капли не стеснялась своих чувств. Не переживала из-за их огласки.