Загадка верфей

За последний год у неё был лишь один мужчина — Кай Ксавье, — тут же возразил слишком воспитанный для вора собеседник. Однако мимика выдала его эмоции с головой. Ему было явно неприятно думать о том, что между мной и Грейс может быть что-то интимное. — Но он покинул королевство с важной королевской миссией на долгое время. Вон, даже родовой особняк свой продал. Вряд ли вернётся.

Я чуть было не поперхнулся от такой новости, чувствуя, как внутри меня начинает забавляться морской бес. Так это я ещё должен убеждать их, что, во-первых, никуда не уезжал, а, во-вторых, действительно общаюсь с Грейс по деловым вопросам?!

— Тем не менее, — продолжил мужчина, повернувшись ко мне так, что теперь я за его спиной увидел заряженный арбалет, — на вашем месте я бы не стал настаивать на том, что вы и есть тот самый Кай Ксавье.

На моём имени кулаки блондина еле заметно сжались, а голос непроизвольно понизился. Удивительно, неужели я успел ему когда-то насолить? Странно, не помню его лица, а память на людей у меня феноменальная…

— И почему же мне не стоит настаивать на том, что я и есть Кай Ксавье, редкий специалист по языку тела?

— Потому что среди наших ему давным-давно дали прозвище Король Лжи.

— Если он вернётся из своего путешествия, то мы убьём его! — неожиданно поддакнул до сих пор молчавший подросток.

— Мелкий! — хором одёрнули его здоровяк и блондин.

— Кто же такое говорит? — не без изумления услышал я собственный чуть хрипловатый голос. — И как к вам, кстати, обращаться?

Не сказать, что я сильно любил отца или хотя бы простил его за многолетние избиения и шрамы, но что-что, а смерти ему не желал. Да и слухи про комиссара жандармерии, если честно, мне совсем не понравились.

— Неважно, кто такое говорит. — Молодой человек передёрнул плечами, словно вспомнил что-то неприятное. — Меня зовут просто Эльфом, а это Череп и Мелкий, — он махнул рукой в сторону приятелей.

— Эльф? — удержаться от усмешки было очень сложно.

Стоящий передо мной молодой человек действительно чем-то напоминал древних лесных магов. На изображениях их всегда рисовали худощавыми, светловолосыми, с бровями вразлёт и эдаким надменно-горделивым выражением лица.