Загадка американского родственника

— Точно! — потеребил задумчиво пятерней черную кудрявую шевелюру Олег.

— Вот я и говорю, — победоносно выпятил грудь маленький Темыч. — Чует мое сердце, теперь нам снова придется кого-то спасать.

— Ладно, скоро звонок. Пошли, — поторопил друзей Олег. — У нас сейчас Роман. Он и так вечно злющий.

Пожилой учитель литературы Роман Иванович уже много лет работал в школе номер 2001. И умудрился вселить в несколько поколений учеников стойкую нелюбовь к своему предмету. Обычно его питомцы начинали читать лишь после того, как получали аттестат.

Или читали совсем не то, что входило в школьную программу.

Войдя в класс, пятеро друзей застали такую картину. Романа Ивановича еще не было. Мишка Сидоров, Марат Ахметов и Боря Савушкин двигали по направлению к двери солидных размеров шкаф. Лешка Пашков стоял рядом. Размахивая руками, как дирижер симфонического оркестра, он громко руководил операцией.

— Давай, Мишка, левее! Да нет, не туда! Плохо встанет!

— Зачем это? — заинтересовался Олег.

— Зачем! Зачем! — словно бы дело было совершенно очевидным, еще сильней замахал руками Лешка. — От Романа сейчас забаррикадируемся. Он дверь откроет, а за ней как будто доской забито. Я все уже точно прикинул. Этот шкаф полностью закрывает дверной проем. И тяжеленный! Роман сколько ни будет биться, все равно его с места не сдвинет. У меня все тут до мелочей рассчитано. Как в компьютере, — продолжал Пашков.

— У тебя всегда до мелочей, — сказал Марат Ахметов.

Класс засмеялся.

Все помнили случай с химичкой Алевтиной, когда невинная шутка Пашкова обернулась пожаром в химическом кабинете. Хорошо еще, что никто не докопался до причины.

— Зря хохочете, — ответил Пашков. — Любой эксперимент может закончиться неудачей. Но теперь все точно сработает, как задумано.

— Чего у тебя там задумано-то? — уже прыгал на месте от нетерпения Женька.

Чувствуя, что приковал всеобщее внимание, Пашков с достоинством произнес:

— А задумано так. Роман, значит, к нам идет на урок, а дверь вроде бы как забита.

Ну, он там, конечно, царапается, скребется — шкаф ни с места. Тут наш Роман, естественно, свирепеет, сами знаете, он с пол-оборота заводится, и к директору. Ну, а пока он бегает и директора к нам ведет, мы шкафчик на место отодвигаем и садимся такими паиньками. Мол, странно, звонок прозвенел, а учителя до сих пор нету.

Чем дальше развивал идею Пашков, тем большее вдохновение охватывало восьмой «В».