За пределом беспредела

Гном отлетел метра на два и остался лежать, согнувшись, словно младенец в утробе матери, и не подавая признаков жизни.

– Убил? – с укором спросил Радченко.

– Наверно. Я ему в поддыхало пальнул, – виновато отозвался Горыныч. – Кто же знал, что он такой чувствительный. А может, он еще живой.

Горыныч пнул Гнома в живот. Стон жертвы ужасно напоминал приветствие из загробного мира. Гном разогнулся.

Горыныч хохотнул:

– А может, он бессмертный?

– Это мы сейчас проверим. Довольно мы с ним поиграли. Уделай его, Горыныч, это по твоей части, да так, чтобы вся Москва о нас заговорила.

Колян осмотрелся, поднял с пола осколок фарфора и произнес со вздохом:

– Боже, как он неосторожно падал. Ведь так можно перебить весь антиквариат. Что же тогда достанется потомкам? Все, ухожу, ужасно не люблю все эти зверства! Очень отвратительное зрелище, когда тупые мозги брызгают на такие первоклассные обои. Я ведь человек очень жалостливый и сентиментальный.

Закрывая дверь, Колян успел заметить, как Хорек с Угрюмым навалились Гному на плечи. Тот матерился, скрежетал зубами, но противостоять силе не мог. Самое большее, на что он был способен, – это оторвать голову от пола. Горыныч достал из кармана, нож, нажал на упругую кнопку, и толстое стальное лезвие хищно выпрыгнуло из костяной рукоятки. Горыныч ухватил Гнома за волосы и с силой потянул его голову вверх, подставляя ножу жилистую крепкую шею.

Глава 41. СЕРЬЁЗНЫЙ БЛОНДИН

Всю последующую неделю бригада Коляна соблюдала строжайшую конспирацию. Об убийстве очередного авторитета говорили не только в казино и ресторанах – излюбленных местах встреч московской братвы, но даже в общественном транспорте, где старушки обсуждали случившееся с такими подробностями, словно имели квалификацию патологоанатомов или, по меньшей мере, являлись очевидцами преступлений.

Казино посещали люди посдержаннее, и если речь заходила о Гноме, то чаще всего говорили о том, за каким столом он любил сидеть и какие ставки предпочитал делать.

"Авторитеты уже давно привыкли к тому, что многие приятели уходят в мир иной не по своей охоте. Казначей общака заботился о том, чтобы покойных торжественно проводили в мир иной.