Взаперти

– Меня зовут Михаэль, – говорит он, – это я вколол вам яд. Мы сейчас на вокзале, здание захватили террористы. Полиция уже едет. Всё будет хорошо.

Он берет её за плечи и кладёт её гудящую голову себе на колени. Как же здесь холодно, на этом полу.

– Нас убьют, – шепчет она, но её губы беззвучны.

Она засыпает опять, только ловя напоследок звук выстрела и чей-то прерванный крик. Крик чьей-то прерванной жизни.

29

Дебора

– Всё хорошо, – шептал Хорхе на ухо малышке, закрывая другое ладонью.

Звуки выстрелов разнеслись по всему вокзалу, шум и плач, отлетавший от стен, не пощадил даже его стальных нервов.

Террористы, обмотанные взрывчаткой и проводами, ходили по кругу, подходя к каждому, кто сидел на полу. Дуло, приставленное к виску человека, вызывало истерику, истеричный плач разлетался волною от одного к другому, от другого по всей толпе, и вот уже весь вокзал завывал заунывно и страшно. И вой этот пугал ещё больше, чем отморозки, угрожавшие всем.

Хорхе обвёл взглядом людей – среди живых лежали убитые.

Каждый раз он закрывал малышке глаза, когда в кого-то стреляли.

Около двух часов назад, когда начался этот кошмар, один из ублюдков нацелил автомат и на него, уткнул его прямо в лоб. Лишь бы она не кричала, думал тогда напуганный Хорхе. Только молчи. Напрасно он того опасался. Дебора посмотрела на автомат и опять улыбнулась, нет, не ему, террористу. Чудо-ребёнок, подумал Хорхе, ангел, которого он притащил в этот ад. Хорхе думал о многом, сидя на этом холодном полу, о том, что везде ей было бы лучше, чем рядом с ним, о том, что он старый дурак и эгоист.

Он не сдержал обещание, он не спас её, он никогда её не спасёт.

– Заткнитесь все! – кричал один бородатый, обмотанный проводами. – Не нойте, вашу мать! – Он выстрелил в воздух. Люди затихли. Там за витражными окнами раздался возглас сирен, и полицейские рупоры:

– Отпустите людей!

Ещё одна автоматная очередь. Визг и мертвецкая тишина. Людей обуял дикий ужас, никто не мог даже кричать.

– Какие ваши условия?

Террористы стреляют опять.

– С вами будет говорить капитан полиции…

Хорхе молился о жизни – не за себя, за неё. Лишь бы её спасли. Он прижал малышку крепче, она его обняла, потом отпустила руки, порываясь встать.

– Нельзя, – шепнул ей Хорхе, – нельзя вставать.

– Туда, – сказала малышка и показала в толпу.

– Нужно тихо сидеть…

– Заткнись! – закричал сумасшедший парень с автоматом в руках и направил на Хорхе ствол. Дебора испугалась и прижалась опять к старику.