Выживший на адском острове

Кестер вдруг задал неожиданный вопрос:

– Почему ты не спрашиваешь, что было на снимках?

– Потому что мне не положено знать. Да и, в конце концов, какая разница?

– Нет, Карл, все хотели бы знать, что происходило на острове Ургедон. Хочешь, скажу? Я внимательно смотрел снимки.

– Не надо искать приключений, Руди.

– А без этого скучно. Так вот, господин майор, на Ургедоне проводятся фортификационные работы, создается эшелонированный укрепрайон.

– Что? – изобразил удивление Биккель. – Укрепрайон на Ургедоне? Но зачем? От кого там обороняться? От британского десанта? До этого не дойдет.

– Вот и я в недоумении. Сначала глазам своим не поверил, какие-то разметки, котлованы, зигзагообразные траншеи. Главное, укрепрайон основными позициями направлен не в море, а на берег, на территорию Германии.

Затушив окурок, Биккель внимательно взглянул на Кестера:

– Не исключено, что это будет учебный центр. Для обороны реальных районов такие центры необходимы. Не учить же солдат в боевых условиях. И место подходящее.

Кестер усмехнулся:

– А до этого что там строили? Франк говорил мне, когда отвозил туда штандартенфюрера Гартнера с его помощником: там заключенные строили город.

– Считаешь, укрепрайон возводят для того, чтобы уничтожить так же, как город?

– Да. По моим данным, Карл, этот штандартенфюрер, назначенный из Берлина, руководит здесь испытанием какого-то нового оружия.

– О таком оружии, если мне не изменяет память, я слышу с 38-го года.

– Я слышал о нем и раньше. Но теперь инженерам, похоже, удалось воплотить мечты в жизнь.

– Тогда это очень хорошо. Сверхмощные орудия могут кардинально изменить обстановку на любом направлении боевых действий, и в первую очередь в России. Не надо будет бросать войска под Сталинград, пытаться сломить оборону Ленинграда, да и наступать большими силами на Москву. Достаточно применить артиллерию нового поколения. И враг будет повергнут.

– Вот за это и выпьем.

Обер-лейтенант ополовинил кружку пива.