Выживший на адском острове

Осипенко спросил:

– Что случилось?

– Немецкий сторожевик.

– Далеко?

– В десяти кабельтовых западнее острова.

– Скорость?

– Пятнадцать узлов. Не успеем погрузиться.

– Подготовиться к торпедной атаке из кормовых аппаратов. Атака с дистанции пять кабельтовых, две торпеды, глубина хода один метр.

– С надводного положения вряд ли попадем, а вот он влепит нам торпеду прямо в борт.

– Выполнять приказ!

Но моряки боевой части явно не успевали.

Командир нервно ждал.

И тут вновь крикнул старший помощник:

– Справа по курсу к сторожевику идет рыболовецкий катер.

Шелестов крикнул:

– Матис!

– Похоже, он.

– Но у него скорость – всего шесть узлов.

– Он идет на сторожевик. По катеру открыло огонь палубное орудие. Попадание, второе, но катер держит скорость, и немец, судя по всему, жив, судно уклонилось ближе к нам.

Члены экипажа минно-торпедной боевой части доложили, что кормовые аппараты приведены к бою.

Но стрелять подводникам не пришлось.

На скорости в шесть узлов катер Матиса врезался в борт сторожевого корабля.

– Что произошло? – спросил Шелестов."

"– Твой друг, майор, похоже, попал носом своего катера в арсенал. От удара сдетонировали боеприпасы. Пока ничего не видно за дымом.

Когда черную завесу снесло в сторону, на поверхности не было ни немецкого сторожевика, ни катера Леона Матиса. Только обломки конструкций, барахтающиеся в холодной воде люди и разлившееся по поверхности черное пятно.

– Вот тебе и немец, – проговорил Шелестов.

– Да, – только и смог сказать командир лодки. – Погружение!

Подводная лодка ушла на глубину и взяла курс на северо-восток.

В Кронштадте группу встречал сам старший майор Платов. Этого бойцы Шелестова никак не ожидали. Все же лететь сюда было делом опасным. Но сегодня на причале Шелестов увидел «ЗиС-101» местного командования и стоявшего рядом с автомобилем старшего майора государственной безопасности.

К лодке подъехали грузовики, подошла рота красноармейцев. Командовал ими бравый капитан.

Шелестов поправил обмундирование и двинулся к начальнику на доклад:

– Товарищ старший майор госбезопасности…

Начальник IV управления НКВД махнул рукой:

– Оставь это, Максим. Дай я тебя обниму.

Они обнялись. Следом старший майор обнял Буторина и Когана, хотел обнять и Сосновского, но помешала эсэсовская форма.