Выбор варианта

Договорились мы на очень выгодных для нас условиях. На каждый горшок такой формы сверху накидывается два грана. Это очень существенная наценка! Один нам, другой в казну. Независимо от того, где их будут делать. Наш мастер в селе или мастера в городе. Уж тут пусть лацита тиргус сам следит! Хотя…

— Лацита тиргус, а не проще ли продать право делать такие горшки? Да не всем подряд, а двум-трем мастерам в каждом городе? И следить вам удобнее будет, да и сразу гран-другой упадут. А другие мастера пусть обычные лепят.

— Ну, рава! Порадовала!

— Только вы уж и нашему самусу долю дайте! Пусть не много, но процентов тридцать за идею. А горшки целые мы назад будем пустые принимать. Продают пусть за семь гран, а принимать будем — за пять.

Второе мое предложение энтузиазма не вызвало. Но, поторговавшись — сошлись на двадцати процентах. Пусть и не великие деньги, а нам лишними не будут. У нас вон еще пол села без печей.

Цену на горшки я уже задрала прилично. Мне было важно, чтобы они не слишком распространялись по городу.

Из кабинета я выходила взмокшая, так же как и рава Нув."

"Но, судя по моим расчетам, выиграли мы прилично! Если убрать стоимость горшка и крышки, содержимое двухлитровой банки будет оценено в десять гран! Для нас это — отличная цена. Просто отличная. Я бы согласилась даже на восемь, но это было бы уж совсем край.

Конечно, это предварительные договоренности.

Завтра пробу будут снимать уже сам лацита тиргус, его сын и его приближенные. Завтра я им буду варить кашу и суп. Если их устроит качество — договоренности обретут статус документа. И даже вредный Литур мне не помешает.

Думаю, я выбрала очень хороший вариант работы для всего самуса!

28.

Домой мы возвращались на коне!

В пустой коробке из-под горшка хранились, бережно обернутые в несколько слоев ткани, свитки пергамента. Рядом, в мешочке из холстины, я везла застывшую смолу — если ее с воском сварить — на солнце точно не расплавится.

Мешочек этот подарил мне Сейд. Так и сказал:

— Это тебе, рава Лейна, подарок. Думаю — пригодится.

Сам лацита тиргус одел мне на шею золотую цепь изрядной толщины с красивым красным кулоном.

— За светлый ум, рава Лейна. Ежели ты это дело взбодришь, мы, глядишь, начнем продавать в столицу этакую еду.