Всё равно растаешь, принцесса

Нереально прекрасная, окутанная белым сиянием.

Ведьма останавливается ошеломленно, словно на стену налетает. А призрак оглядывается на меня, улыбается ободряюще и шепчет тихо:

− Убегай.

Я всем естеством чувствую, как падают с меня узы тёмной силы. Ничто больше не сковывает мою волю. Если бы еще эти бесовые наручники исчезли, было бы вообще все отлично. Но мне и этого достаточно, чтобы сломя голову метнуться к ближайшему проходу, и спрятаться в его темном проёме от глаз Маргреты. Однако этого очень мало, чтобы уберечься от ее силы, поэтому я, не теряя ни секунды, мчусь дальше, поворачиваю в еще один проход, бегу по коридору… снова проход… коридор.

И тут вдруг откуда-то снизу, из зала, как я понимаю, слышу громкий взрыв. Даже стены вздрагивают и пол начинает трескаться под ногами."

"Оглянувшись, я ошеломленно смотрю на тучу дыма и пыли, поднявшуюся в воздух. Оттуда уже слышны крики, а потом и лязг оружия.

Это что?

Янгмар нашел меня? Пришел спасать?

Теперь мне невыносимо хочется подойти к поручням и посмотреть, кто там внизу. Но я помню о Маргрете. Она главная угроза для меня.

Кроме того, от взрыва здесь все может обрушиться.

Поэтому я осторожно пячусь, убираясь от опасного места. Некоторое время петляю по коридорам, пробегая через разрушенные залы. И вдруг забегаю в еще один, почти такой же большой, как тот, ритуальный, где меня хотели на алтарь положить.

У подножия мраморных фигур я вижу ту же женщину в белом. Она стоит и смотрит на двух сыновей Праматери. Смотрит с материнской нежностью и любовью.

Едва дыша, я замираю на месте.

Неужели это она? Богиня? Это она меня уже трижды спасала?

— Здравствуй, Софи, — произносит Праматерь, повернув ко мне голову. — Да, это я. Подходи, не бойся.

− Но… но… почему? — шепчу ошеломленно.

— Почему я явилась тебе, разговаривала, защищала? — улыбается она нежно. — А ты как думаешь?

− Не знаю, − хлопаю глазами, как глупая наивная девчонка.

— Действительно? — прищуривается она.

Те догадки, которые теперь крутятся у меня в голове, кажутся слишком невероятными, ошеломляющими, оглушительными даже. Я знаю, что так прямо, лично, Богиня являет себя только своим жрицам. Но ведь это не обо мне. Я не жрица.

Но вот она.