Все лики любви

Поздоровавшись с несколько испуганной секретаршей, Бармин прошел в кабинет главы района, игнорируя его истеричные требования объяснить: «Что здесь происходит, кто вы такой и по какому…» и все в этом же ключе. Дядечку, пышущего возмущением, отодвинул с дороги, уселся в его кресло и отдал распоряжение секретарше, гораздо лучше державшейся, чем ее теперь уже бывший начальник:

– Полина Андреевна, будьте любезны подойдите ко мне.

Дама прекрасного женского возраста после сорока, довольно милая, ухоженная и сразу видно: мудрая, сдержанно улыбнувшись, подошла к Бармину, с быстротой тертого работника аппарата сообразив, какие грядут перемены и кто теперь в этом доме хозяин.

– Слушаю.

– Полина Андреевна, голубушка, – почти нежно обратился он к ней и протянул лист бумаги. – Здесь, как вы видите, указаны не только члены администрации, но и начальник полиции, прокурор, судья и еще несколько известных вам господ. Будьте так любезны, обзвоните их и сообщите, что они обязаны явиться в этот кабинет в течение двадцати минут.

Если же по каким бы то ни было причинам они не явятся, это будет расценено как попытка побега с кассой и немедленно пресечено арестом.

– Я поняла, – кивнула дама и отправилась исполнять поручение, абсолютно игнорируя крики бывшего шефа.

– Да, Полина Андреевна, – остановил ее Бармин, она повернулась, а он очаровательно улыбнулся и попросил: – И сделайте мне, пожалуйста, чайку, черного, заварного, без сахара и с медом в розетке. Мед-то у вас есть?

– Для вас найдем, – улыбнулась она и удалилась походкой королевы, только что с помощью верных ей гвардейцев посадившей на трон нового короля.

"

"На «приглашение» пришли все перечисленные в списке. «С кассой» не побежал никто. «Забздели», как сказал Василий. И правильно, есть чего.

Дождавшись, когда все прибывшие рассядутся, предварительно приказав принести дополнительные стулья, так как большая часть посадочных мест за столом была занята его «десантом», потягивая второй стакан чая и поглядывая на перешептывающихся перепуганных господ, Егор тянул паузу.

И когда Полина Андреевна, подойдя к нему, оповестила на ухо, что собрались все, он кивнул, отпуская секретаршу, медленно поставил стакан на стол, обвел притихшую публику взглядом, столь же медленно поднял руку и значительным жестом положил ее на большую стопку папок, размещенных перед ним на столе.

– Вот это, господа, дела на каждого из вас. Уголовные.