Вперед в прошлое 7 (СИ)

— Вы не понимаете, — бормотал Лёха, пытаясь обратить приятелей в свою политическую веру, — нас тупо посылают нах! А они лезут и лезут, и если мы так и будем нифига не делать…

Первым меня увидел кореец на перекладине, спрыгнул, набычился, уставившись недобро.

— Ты кто такой?

Все повернули головы, Лёха замолчал.

— Привет, — сказал я как можно более нагло.

— Это Пашка, ну, тот самый, — проговорил Лёха.

Воцарилось молчание, парни недоуменно переглянулись.

— Я его позвал, — пробормотал Лёха виновато.

Похоже, ни с кем он мой визит не согласовывал.

— Мир, дверь, мяч? — криво ухмыльнулся я, адресуя колкость Лёхе, и зашагал прочь. — Ладно, понял, ухожу.

— Не понял, что за мяч?! — с наездом бросил в спину кто-то из парней.

— Скажи это по-английски, поймешь, — ответил я, сбавив скорость.

Воцарилось молчание, парни «зависли». Смех донесся, когда я уже покинул спортплощадку. Не сдержав любопытства, кто же самый догадливый, я обернулся. Кореец хохотал, складываясь пополам.

— Пацан, иди сюда! — кореец сделал приглашающий жест. — Ты мне нравишься!

— Звучит подозрительно, — крикнул я, теперь прыснули остальные.

— Ладно, раз уж пришел, давай к нам, — снизошел до меня узкоглазый Алекс-мажор и отвесил Лёхе подзатыльник.

— Чем ты можешь быть нам полезен? — спросил кореец, когда я подошел, разглядывая меня, как перекуп — подержанную тачку.

Молча я направился к перекладине. Подтягивания мне не очень давались, но десять раз подтянулся легко, спрыгнул, потирая руки. Можно было поспарринговать с кем-то, но парни выглядели спортивными, и не хотелось опозориться. А вот силы свои проверить — хотелось.

— Были бы боксерские перчатки, показал бы, — сказал я.

Биться на голыми руками — не самая хорошая идея.

— Покажешь, — кивнул Лекс-крепыш.

— В сфинкса поиграть хочешь? — продемонстрировал эрудированность я. — Валяй.

— Видите? Он реально с мозгами! — встал на мою защиту Лёха.

Лекс-крепыш, директорский сынок, преобразился, прибавив лет пять, и выдал:

— Какая первая планета от солнца?

— Меркурий, — ответил я без раздумий и задал встречный вопрос: — Сколько спутников у Венеры?

— Два, — брякнул Лекс.