Возвышение. Земли Ордена

Знания Империи, если ты хочешь, чтобы я был точней.

Из слов магистра Хорита выходило, что наш новый Страж очень необычен. За время рассказа я пронёсся по телу магистра, не увидел ничего опасного, но общее состояние, клубящийся тут и там неприятный туман, который я привычно называл «туман ран», без всяких слов говорили, что моя помощь не будет лишней. Вот я и сделал что мог здесь и сейчас: разогнал туман, почистил пару совсем плохих мест в меридианах, прогнал по всей системе сжатую в сияние технику Воды Итреи, и, наконец, вынырнув и слив обе части сознания, довольно кивнул:

— Что же, раз у нас Страж так активен в делах Ордена, то должен и с моим делом помочь.

— О котором ты ещё ни словом не обмолвился, — заметил магистр Хорит.

Я сел, положил руки на стол, сцепил пальцы. Вообще-то, никакого толкового плана у меня, решившегося на переход во Второй под влиянием гнева и скопившегося раздражения, не было. Смутный, неясный — желание использовать всё, что имею. Не более.

Медленно, впервые проговаривая это вслух и полностью, произнёс:

— Я хочу объединить две части Ордена. Эта часть была основана для того, чтобы выискивать таланты Второго пояса и отправлять их в Империю, где они бы получили шанс продолжить путь Возвышения. Сейчас во всех Тюремных поясах эта система прогнила, Стражи, которые должны следить за тем, как фракции ищут таланты, занимаются, похоже, чем угодно, кроме этого.

— Наш новый неплох, — заметил магистр Хорит. — Быть может, только недавно на этом посту и ещё не успел растерять задор, но неплох, старается.

— Плохо старается, — отрезал я. — Потому что из всех фракций хуже всего дело обстоит именно у Ордена. Наши таланты попадают в руки наших заклятых врагов — клана Эрзум и становятся там долговыми слугами без права освобождения.

— Хуже всего, — глухо, с болью в голосе заметил Седой, — что из них же Эрзум создают отряды для убийства орденцев.

Магистр Хорит достал из кисета чашку, налил себе воды, и я, увидев, как дрожат его руки, торопливо продолжил озвучивать свой план:

— Я хочу сломать это, уничтожить. Все года, что есть до следующей выплаты налогов — должны стать годами, которые сделают Орден сильней, возвысят его.