Возвышение. Земли Ордена

Бахар снова чуть осунулся и приобрёл свой обычный сонный вид, вздохнул:

— Надеюсь, глава, в следующий раз вы тщательно подумаете, прежде чем сорвётесь наносить справедливость.

Я нахмурился, глядя на Бахара. Это он откуда взял? Впрочем, он кто угодно, но не глупец. Вечно усталый советник, которому, возможно, только лень и желание поспать мешало стать каким-нибудь мудрецом, к которому бы стекались за советом из доброй трети Пояса.

Нечего удивляться, что он буквально повторяет некоторые мои старые мысли. У него было время, чтобы меня узнать, да и Седой вряд ли скрывал то, что ему известно о моём характере.

— Давайте перейдём к остальным вашим вчерашним ошибкам, глава. Назовите две грубые и три незначительные.

— Бахар! — взвыл я.

— Глава, — остался тот невозмутим и сонен.

Я процедил:

— Лучше бы я и правда загнал их под контракт верности семье.

— Глава! — сонливость с лица Бахара словно сдуло ветром. — Я хочу научить вас думать, а вы вместо этого лишь усугубляете свои ошибки. Загнать? Заставить заключить силой, вопреки нежеланию? Закабалить в долговые слуги? Начать творить беззаконие в первые же месяцы жизни фракции? Вы в своём уме, глава? Да в эту ошибку вцепятся все, буквально все.

Я уже из чистого упрямства возразил:

— Как будто все долговые слуги попадают в них по своему горячему желанию.

Бахар потёр лоб:

— Кажется, нам на это нужно будет выделить отдельное время. Три, а лучше пять уроков.

Я с трудом удержался от того, чтобы не повторить его жест.

С этого совещания, которое как-то быстро превратилось в обсуждение моих ошибок, я выбрался с жарким желанием сбежать от подобных нравоучений. Хотя бы на день.

За последующие три дня это желание только крепло.

Сначала на привычном обсуждении добычи, которую собрали за неделю.

— Снежная Ягода? — переспросил Седой у Рутгоша.

— Великолепная Снежная Ягода, идеальная, — похвалился тот. — Такую хоть на главный аукцион Империи, оторвут с руками.

— Ещё чего, — погрозил ему пальцем Седой, затем погрозил пальцем Ледию и Алкаю. — Не хочу слышать об этом ни одного слова. Сразу говорю — нет, нет и нет.

Я слушал это хмурясь. Не помню Снежной Ягоды в списках трав. Ни в особо редких, ни в просто редких, ни в списке часто используемых.

— И сколько её там? — насел на Рутгоша Седой.