Возвышение. Земли Ордена

Звери, которые могут сожрать тебя. Закалкой выйти против Зверя-Воина. Отомстить равному по силе за смерть отца. Выстоять против снежинок. Сразиться со старейшинами целой фракции, пройти город Древних, отстоять свободу, всего лишь Мастером украсть Указ у старейшины секты и убить его, спорить с духом, который может убить тебя движением руки — вот это испытания, которые могут создать настоящего идущего и вознести его к Небу.

Я знаю о мире больше, чем половина Древних! Я видел столько необыкновенного и ощутил столько невероятного, сколько половина из них и не могла себе представить!

Меня охватило странное, ледяное спокойствие — я един с миром, я познал его от пустошей Нулевого до зон запрета жизни разрушенного Снежного Логова, от рек Нулевого до Молниевых Бурь Шестого пояса.

Всё было отлично в этом моём спокойствии и принятии себя.

Я как падал, так и продолжал, невзирая ни на какое единение мира.

Стискивая зубы, я вновь и вновь пытался нащупать в себе то равновесие, которое должно одарить меня полётом. Пытался и не находил.

Дарсовы Древние, дарсов Изард, дарсов Седой.

Да что такое это ваше равновесие с миром? В каком из испытаний я должен был ощутить его? В этом? В этой пропасти? Так не ощущаю, не нахожу, падаю! Я не такой, как вы!

Эта мысль пронзила меня, заставила сделать судорожный вдох.

Я — не такой. У меня — свой путь. Я даже эссенцию вижу не так, как все. Я третье средоточие создал не так, как все. Я стал Властелином Духа, только запустив в себе круговороты. Это и есть моё понимание духа. Моё понимание того, как движение стихии через духовную силу, а духовной силы через стихию воссоздаёт изначальную силу Неба.

Круговороты.

Я толкнул их снова, закружил вокруг первого и второго средоточия, уже через миг поняв: нет, не так, не оно, слишком сложно, в этом нет равновесия.

Понял и погасил их одним усилием, чтобы через миг запустить новый круговорот. Один единственный, с центром спокойствия в третьем средоточии, в высшей точке своего пути к Небу, в финале своих достижений. Запустил и тут же ощутил: да, это оно. Ощутил и распахнул глаза, а следом чуть шевельнул руками, пытаясь совместить внутреннее душевное равновесие с внешним равновесием полёта.