Возвращение грифона

Как потом оказалось, оно было сродни яду кураре, парализующему дыхательную систему, и человек попросту умирал от удушья. Небольшие стрелки вылетали из устройства, похожего на авторучку — настоящее шпионское оружие. Смерть наступала мгновенно у обычных людей. Видимо, киллер был предупрежден, что я не обычный человек. Потому он решил продублировать, так сказать — контрольный тык в голову. Слава богу, не успел.

Я очнулся через пять минут после того, как Маша закончила читать заклинание. Моя регенерация плюс ее заклинание — трепещи, яд кураре! Впрочем, трепетал я.

Да, тут же набежали комитетчики, расспрашивали, вернее — допрашивали, узнавали, как все было. На мои вопросы отвечали стандартным: «Мы не можем разглашать, это государственная тайна!». Мне все это надоело, и я их послал — почти матом. Не хотите «разглашать» — кто этот убийца и откуда он взялся, — хрен вам, а не мои ответы. Только тогда они с кислой миной признали, что убитый является действующим сотрудником специального подразделения КГБ.

Второе покушение произошло ночью, через два дня после первого."

"После неудавшегося покушения и моего благополучного выживания Маша категорически заявила, что не пустит меня одного никуда. И уж тем более ночью на кладбище. И увязалась за мной. На свою голову.

Ночь, луна освещает кресты, памятники, каменные надгробия. Я внимательно слежу за временем — нужна полночь.

Насыпав в стеклянную баночку земли с могилы, я заметил какое-то движение в кустах возле забора и тут же сообщил об этом нашим охранникам, а их набралось целый десяток. Что, впрочем, не помогло — пуля пролетела над памятником, ударила меня в грудь, и, пройдя навылет, ранила Машу, стоявшую сзади. Хотя этот микроснаряд и был уже на излете, ему хватило сил, чтобы пробить ей кожу и мышцы, застряв где-то возле ключицы.

Наша охрана открыла ураганный огонь в ту сторону, откуда велась стрельба, но было поздно — стрелка как будто ветер унес.