Вознесенная грехом

Я была на два с половиной сантиметра выше мамы, но ей все равно удавалось заставить меня почувствовать себя маленькой девочкой.

Между тем папа выглядел так, будто был готов достать Джованни из-под земли."

"– Что произошло? – Они с мамой задали один и тот же вопрос, но папины слова имели совершенно иной смысл. Он явно уже представил себе все те ужасные вещи, которые Джованни мог сделать со мной, и как заставит его десятикратно заплатить за это.

– Что он натворил?

– Ничего, – твердо сказала я. В этом и была проблема.

Папа посмотрел на Амо, словно надеялся, что он опровергнет мои слова, но тот лишь пожал плечами, будто не имел ни малейшего понятия о происходящем и предпочел бы похмельным мукам смерть.

Взгляд мамы еще больше смягчился.

– Может, у вас получится разобраться со всем и все исправить?

– Нет, – быстро ответила я. Если бы я и вернулась к Джованни, то только из-за привычки и потому, что ненавидела неопределенность. Но это были недостаточно веские причины для продолжения отношений.

– Я просто поняла, что не люблю его. И не хочу довольствоваться меньшим, чем то, что есть у вас с папой.

Мама мягко улыбнулась.

– Порой любовь требует времени. Мы с твоим отцом не любили друг друга, когда поженились.

– Я знаю. Решение о вашем браке приняли за вас, но вам не потребовалось много времени, чтобы полюбить друг друга. Мы с Джованни были вместе больше двух лет, но я не люблю его и никогда не любила.

Наконец папа тоже встал со стула.

– Должно быть, произошло какое-то важное событие, заставившее тебя осознать это.

– Ничего не произошло, пап. Честно. Я поняла это давно, но не хотела заканчивать все слишком быстро, особенно зная, что это может плохо отразиться на вас с мамой.

Мама кивнула, но папа все еще смотрел на меня так, будто ожидал, что я дам ему более четкий ответ на вопрос.

– Я поговорю с Джованни.

Мои глаза расширились от страха, но мама предупреждающе сказала:

– Лука, это решение Марселлы.

– Верно, это ее решение, но я все равно должен поговорить с Джованни и посмотреть, что скажет он.