Вознесенная грехом

Не хочу, чтобы она надрала мне задницу.

Я не засмеялась, несмотря на юмор в его голосе.

– Я останусь. Подожду, пока папа и Амо не закончат. Я хочу быть здесь, когда они выйдут. Они делают это ради меня. Я в долгу перед ними, – твердо сказала я.

– Пытать байкеров – не такая уж большая жертва для них, поверь мне. Поехали домой, тебе надо подумать о чем-нибудь другом. Пусть сегодняшний день станет для тебя новым началом, – умоляюще сказал Маттео.

Это было новое начало, но не в том смысле, который вложил в него дядя.

– Я остаюсь.

Маттео вздохнул.

– Тогда предупреди свою маму.

Я достала новый телефон и отправила ей короткое сообщение, прежде чем последовала за Маттео к столу и стульям рядом с захудалой миниатюрной кухней. Дядя сел, но я была слишком взволнована. Я расхаживала по складу, постукивание шпилек эхом раздавалось по огромному зданию.

Я посмотрела на Маттео.

– Почему ты не помогаешь папе и Амо пытать и убивать остальных байкеров?

– Пары человек недостаточно для всех нас, особенно с тех пор, как ты позаботилась о двух Уайтах, которых мы действительно хотели заполучить в свои руки.

– Ты хочешь смерти Мэддокса.

– Все мы хотим его смерти, а он – нашей.

– Он убил своего дядю ради меня, и папа пообещал сохранить Мэддоксу жизнь.

Маттео усмехнулся, качая головой.

– Не этого результата я ожидал.

На самом деле он имел в виду, что это был не тот результат, которого он хотел. Я не надеялась, что их ненависть испарится, но хотела, чтобы у нее был шанс, наконец, угаснуть.

– Куда Гроул отвел Мэддокса?

– Даже не думай идти туда сейчас.

Я кивнула. Маттео был прав. Я села рядом с ним. Несколько охранников пересекли склад, бросив на меня любопытные взгляды. Я кивнула им в знак приветствия.

Прошло два часа, прежде чем папа и Амо наконец появились. Они переоделись, но темнота все еще цеплялась за них, особенно за папу, он выглядел измученным. Он был невероятно сильным, но чувство вины съедало его изнутри.

Он взглянул на Маттео.

– Что она все еще здесь делает?

– Я отказалась уезжать, – ответила я, прежде чем папа успел сделать выговор Маттео.

– Ты должна забыть все это, Марси. Живи той жизнью, которая у тебя была раньше. Я позабочусь о том, чтобы с тобой больше никогда ничего не случилось. Я усилю твою охрану и убью каждого, кто будет представлять для тебя опасность.

Я грустно улыбнулась.