Мой идеальный смерч

У этих товарищей проходили местные соревнования, поэтому площадку обступило большое количество молодежи, и где-то даже крутилась пара корреспондентов и операторов местных телеканалов, желающих заснять брейк-представление для репортажа. Хип-хоп меня интересовал мало, зато я жестко так обзавидовалась тем, кто с воплями и визгом катался на каруселях и аттракционах.

Орел то и дело подлетал к этим счастливчикам, стараясь усесться им на плечи и на халяву прокатиться. Чаще всего он подгребал к «Рэйнджеру» – высокому ярко-красному сооружению, имеющему две кабины, которые поднимались вверх и вниз вначале с совсем маленькой скоростью, а потом очень-очень быстро, одновременно переворачиваясь в воздухе.

«Вот оно – счастье», – замерли в предвкушении мои мысли, тут же став красными, как и аттракцион.

– Чип, нет, мы туда не можем пойти, – вновь повторил Дэн. Сегодня он чувствовал себя ответственным.

– Но времени еще много! Сам же говоришь, что Князь и Клара сначала долго будут гулять! – заныла я.

– Мы не развлекаться сюда приехали, – стоял он на своем.

– Пожалуйста, – подхалимски подергала я его за подол футболки. – Пожалуйста-пожалуйста. Я хочу на «Рэйнджера».

– Нет, потом.

– Один разочек!

– Нет, – погладил меня, как малявку, по волосам Дэнни. – Успокойся.

– Прошу! Пошли, а?

– В следующий раз, – отказался парень.

– Молодой человек! Ну, прокатите же вы ее на аттракционе, – раздалось позади нас.

– Молодой человек, ну что же вы так обижаете свою даму? – покачал седой аккуратной головой старичок. – Вы – джентльмен. Просто обязаны исполнять маленькие капризы леди.

Смерч только очаровательно улыбнулся пожилой паре, кивнул, как старым знакомым, но ничего не сказал.

– Ничего. Я не обижаюсь. Денисочка очень экономный. Но не думайте, он не жадный! И в парк мы попали не через вход, а через забор перелезли не потому, что мой Диничка на мне экономит, а просто потому, что нам ощущений новых захотелось! Сегодня он мне даже вату купил, – продемонстрировала я старичкам палочку, которую так и продолжала таскать в руке. Голос у меня был громкий, а слова – пылкими.