Волчья воля, или Выбор наследника короны (СИ)

Борщ, сваренный в большой кастрюле, порой стоял в холодильнике неделю. Как и макароны с картошкой. Ежедневная готовка – роскошь, которую работающие целый день люди вряд ли могли себе позволить. Про то, чтобы есть свежую пищу три раза в день, Марина вообще молчала.

– Спасибо, Донна, – поблагодарила она, села за стол и приступила к еде.

Быстро прикончив рагу, она запила все компотом из сухофруктов. После оделась и вздохнула.

Тело после напряженной ночи гудело, но больше всего волновали руки. Придется поберечь их до тех пор, пока не нарастет кожа, иначе она сильно рискует.

– Как думаете, зачем эти душегубы так поступили? – спросила Донна, когда они вдвоем спускались обратно во двор. Марина пожала плечами. Ответа на этот вопрос у нее не было, хотя догадки имелись.

Она не удивилась, что все слуги собрались на расстоянии от связанных людей, рассматривая их с различными эмоциями. Одни злорадствовали, явно довольные, что виновников поймали. Другие смотрели с испугом, будто поджигатели могли вырваться и напасть.

Подойдя к связанным, Марина остановилась и посмотрела на них. Мужчины выглядели непрезентабельно. Проще говоря, как люди без определенного места жительства. Но Марина не могла судить точно, ведь очень многие жители этого мира выглядели, мягко говоря, плохо.

– Вынь у одного кляп, – попросила она старого Джо. Старик поглядел с сомнением, а потом подошел к ближайшему человеку и развязал тряпку, удерживающую кляп во рту.

Глава 44

Человек, ощутив, что рот свободен, сначала отплевался от ниток, а потом набрал в грудь больше воздуха, явно намереваясь возмутиться такому обращению.

– Кто вы и что делали на территории моей собственности? – холодным голосом спросила Марина, не собираясь выслушивать очевидные ругательства.

Разговорить этих людей оказалось очень просто. Одной угрозы хватило, чтобы они начали исповедоваться. Марина не до конца была уверена, что именно они подожгли сарай, но ее неуверенность испарилась, стоило первому мужчине открыть рот.

По его словам, они были простыми горожанами.