Ведьма

Ксения разочарованно стонет, а Степан закидывает её ногу себе на бедро, приставляет головку к влажному входу, где соки ведьмы уже смешались с вытекающей спермой друга, и, как по маслу, проникает в пышущее жаром нутро. Стонет от невыносимого наслаждения, ловит Игорев затуманенный взгляд, начинает аккуратно двигаться, не забывая о сладкой горошине. Буквально спустя минуту Ксения взрывается, стискивая его внутри. И он тоже не выдерживает.

— Мне нужно в душ, — шепчет ведьма, минуту спустя, — и белье сменить — запачкали все… — и быстрый взгляд на мужчин.

— Иди, — командует Степан и целует любимую в лоб. — Мы сами тут все перестелем.

Ксения выходит из комнаты, а Степан решается на непростой разговор с другом:

— Игорь, я тут вот что узнать хотел… Мы же спим все вместе без резинок… — хмыкает неловко, проводит рукой по волосам, — а ты всегда был активным по части баб…

— Ты о чем это, Степа? — настораживается друг.

— Ну… Ты уверен, что… Чистый?

Игорь неверяще смотрит на Зиму — он точно именно это произнес?

— Мы спим с ней практически полгода, а ты только сейчас этим озаботился?

Степан не менее вызывающе отвечает:

— Ну, раньше я не трахал по чужой сперме.

У Игоря задергался глаз. Серьезно…

— Я чист! Если ты ещё не забыл, около года назад кое-кому в экстренном порядке нужна была кровь, — цедит сквозь зубы, — меня обследовали вдоль и поперёк! И с тех пор не то, чтобы у меня было время хоть на что-то, не говоря уже о беспорядочных половых связях.

Степан вспыхивает от справедливости сказанного.

— Черт, Слабый… Ну, прости, друг… Хреновый из меня оратор сегодня.

— Не то слово, — раздается от двери.

— Ксень…

— Мне, может, тоже тебе надо справку предоставить?

Степан утыкается лицом в ладони:

— Скотина я, да?

— Хуже, — отрезает Ксения, не щадя чувств мужчины, — звери не способны ранить. Поэтому их я люблю гораздо больше, чем людей.

Замолкает и принимается за так и не смененное мужчинами белье.

Утром тридцатого за завтраком царит ощутимое напряжение. Каждый в молчании занимается своим делом, так и не сумев отстраниться от неприятного ночного разговора. Молча готовят завтрак, едят, молча убирают со стола. Невыносимо!

Игорь, натянув лыжную куртку, вышел во двор, взял в сарае лопату и принялся прочищать дорожки. Через несколько минут, держась за передвижную подставку, на крыльцо вышел Степан. Вдруг в спину Игоря ударился снежок.