В сети

— Это и моя вина, и неосмотрительность, что я забываю напоминать тебе о презервативах… Но мне хочется верить, что в перерывах между нашими встречами у тебя нет никого другого. Это не ревность… просто забота о собственной безопасности.

Между светлых густых бровей появляется складка, которую мне вдруг хочется разгладить.

— Я ни с кем, кроме тебя, не сплю. И не планировал, — заверяет Саша, чётко обозначая каждое слово. — Я тоже не озвучивал своих ожиданий, но для меня само собой разумеется, что я у тебя — единственный.

— Это условие?

Саша забирает бокал и тянет меня за запястье, заставляя прижаться вплотную и вскинуть подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза. Свой он тоже отставляет в сторону.

Сердце таранит рёбра, когда его пальцы скользят к моему лицу и аккуратно заправляют выбившуюся прядь за ухо.

— Да, пусть будет условие. И пусть это будет означать ревность.

31.

***

— Откуда у тебя этот шрам? — спрашивает Саша, пока я устраиваюсь щекой у него на животе.

На улице рассвет. Из открытых окон двадцать третьего этажа видно, как небо окрашивается в приятный персиково-серый цвет.

Когда Саша вышел на балкон покурить, я проснулась от щелчка захлопнувшейся двери. Но тело всё ещё остается ватным, тяжёлым, не готовым отпускать остатки сна.

В голове настойчиво крутятся обрывки прошедшей ночи: сильные ладони на моей коже, настойчивое «ещё чуть-чуть» и хрип в голосе, от которого до сих пор мурашки по спине.

Всё перемешано, как кадры из фильма. Как из самого-самого красивого фильма.

— У моей бабушки была загородная дача. Мы с сестрой проводили там почти всё лето. Однажды Ира увидела, как на дерево забрался крошечный котёнок. Конечно, сама она лезть не стала — заявила, что ветки под ней не выдержат, и, не моргнув, погнала мелкую меня, — растягиваю губы в улыбке, вспоминая тот день, как сейчас. — Ну я и полезла. Всё шло нормально, пока я не оступилась — ветка треснула, и я полетела вниз. Приземлилась неудачно: поцарапала лицо, а кожу возле уха разодрало о сучок.

— Смелая.

— Очень. Думаешь, стоит свести?

— Нет. Он не портит.

— Подчёркивает красоту? — коротко посмеиваюсь.

— Я к нему привык.

Мы сплетаем наши пальцы в воздухе. Мужская ладонь — большая, сухая и тёплая. Наощупь немного шероховатая, и на фоне моей — этот контраст только подчёркивает её мягкость.

— А у тебя есть брат или сестра? — вдруг интересуюсь."

"— Брат.