В сети

Впереди полтора года испытательного срока, когда любое неверное движение может обнулить результат, но сегодня я предпочитаю не думать о плохом.

Адвокат сказал, если в течение испытательного срока не будет нарушений и я выполню все возложенные судом обязанности, судимость погасится автоматически. Это хорошая новость. Ещё одна хорошая на сегодня.

Игорь подзывает официантку, делая заказ без предварительного просмотра меню. Я прошу стейк средней прожарки. Из выпивки полагаюсь на безопасника — он выбирает дорогой коньяк для особого случая.

Оказывается, особый случай — это когда ты не в СИЗО и не смотришь на мир через решётку, а ужинаешь в комфортном ресторане со своими людьми."

"Напряжение окончательно отпускает с первым глотком алкоголя. Плавит остатки злости, сбрасывает внутренний тонус до минимума. К этому тонусу я был привязан больше четырёх месяцев, и он до сих пор звенит в костях.

— Ну что, немного передохнул — и надо браться за дела, — говорит Олег, упираясь локтями о стол.

Это последнее, что мне сейчас хочется слышать. Мозг ещё не переключился в активный режим. Пока шло следствие, работать становилось всё сложнее. Большую часть обязанностей я перекинул на Олега — из-за невозможности регулярно появляться в офисе и следить за автопарком. Но со дня на день собираюсь возвращаться в график.

— У меня есть идея, как сделать мягкий пиар для восстановления репутации, — говорит Игорь, поднимая бокал и делая выжидательную паузу.

Я поднимаю свой, чуть стукаюсь об его, и, под звон стекла, поторапливаю:

— Ну?

— Запустить проект с общественно полезным уклоном. Без шума, но с точными акцентами — так, чтобы нужные люди услышали и сделали правильные выводы.

Это толковая идея, потому что у меня противоречивая репутация — и это факт. Было бы неправдой утверждать, что следствие не повлияло на бизнес и партнёров.

— Можно бесплатно или по себестоимости предоставлять транспорт для гуманитарных перевозок. Это поможет восстановить доверие и аккуратно подчистит след в информационном поле.

Игорь детально расписывает план, а я ем молча. Недопитый коньяк остаётся нетронутым — от звона в голове он всё равно не спасёт. Мне нужно время.