В плену его желаний

Помог подняться и смотрит с беспокойством.

— Может к врачу? Что с тобой?

— Не знаю, — сделала пару глотков воды и, держась за его руку, слабо пожала плечами. — Вдруг голова закружилась и стало плохо.

Макс помог мне сесть обратно в машину и гораздо медленнее поехал дальше."

"— Извини, — говорю ему, когда мы уже заехали на подземный паркинг нашего дома.

— За что?

— Ты не должен был этого видеть, — бледные щеки стали розоветь.

— Чушь не говори, — рыкнул он и помог выйти из машины.

Потом поднял на руки и донес до лифта.

— Пей, станет легче, — поцеловал в лоб и куда-то ушел, оставив меня наедине с телевизором.

Я не заметила, как уснула. Проснулась от того, что Максим поднял меня на руки и понес в спальню. Осторожно уложил, накрыл одеялом и снова ушел. Сознание отметило, что ему после увиденного, наверное, неприятно быть рядом, потому он снова куда-то сбежал. Но организм требует сна, и я снова провалилась в темноту без сновидений, чтобы утром проснуться от того, что меня снова жутко тошнит.

— Ну просила же маму не готовить столько, — раздался мой стон над раковиной, когда я стала умываться после очередных объятий с унитазом.

Вернувшись в спальню, поняла, что Макса здесь не было ночью. Не обнаружила его и в остальной квартире, только пара пустых кружек с остатками кофе да разбросанные по столу бумаги. Набрала его номер, но он сбросил и потом вовсе отключил мобильник. Тяжело вздохнув, позвонила Кейт и напросилась в гости.

Глава 50. Макс

Уложив Ксюшу в гостиной на диване под какой-то сериальчик, ушел работать. Завтра у меня первое официальное слушание по делу Федосеева-Карпова, хотя там про Григория Альбертовича вспомнят вряд ли, но мужик трясется, переживает. До него никак не дойдет, что там всем похер.

Просидев за бумагами несколько часов, пошел за кофе и увидел спящую девушку, свернувшуюся в комочек. Идиот! Забыл закрыть окно, когда курил тут еще днем, до отъезда. Она замерзла. Не хватало, чтобы еще простыла. Ночи в конце лета стали гораздо прохладнее.