В плену его желаний

Наконец-то! Ступив на зебру, снова оглянулась. Ощущение чужого дыхания прямо в затылок не покидает.

Пройдя почти половину пути под недовольными взглядами торопящихся по своим важным делам водителей, замерла, обернувшись на звук. Прямо на меня, ловко маневрируя между рядами машин, несётся со скоростью ветра спортивный темно-синий байк с белыми всполохами по бортам. Кто-то стал сигналить, я будто очнулась и быстрее побежала вперёд, а через пару секунд резкий болезненный удар сбил меня с ног.

Глава 39.

Ко мне подбежали какие-то люди. Говорят, суетятся, а я лежу на горячем асфальте и не могу сдвинуться с места. Мне даже не больно, просто страшно. Мимо прокатился апельсин, что я купила Максу. Огромный мужской ботинок пнул ни в чем неповинный фрукт и замер прямо у моего лица. Почему-то до слез стало обидно, что кладезь витамина С погибнет под колесами чьей-то машины. Присев на корточки, бугай улыбнулся, сверкнув парой золотых зубов, и тихо, чтобы услышала только я, заговорил:

— Передай Шевцову привет и скажи, что в следующий раз легким испугом отделаться не удастся.

Хотелось закричать, но даже вдох сделать больно. Чувствую себя рыбой, выброшенной на берег.

Амбал быстро поднялся и, отступив на пару шагов назад, исчез в толпе. Его место тут же занял мужчина в белом халате. Доктор стал ощупывать меня на предмет переломов, светить дурацким ярким фонариком в глаза, задавать вопросы, требующие односложных ответов. Приподнялась на локтях и кивала, подтверждая, что все нормально, просто сильно испугалась и ушиблась.

На крыльце клиники повернула голову в бок, чтобы удобнее устроиться, и столкнулась с ледяными голубыми глазами недавнего знакомого. Он смотрит прямо на меня, при этом что-то зло выговаривая тем самым парням, что я видела на скамейке и в супермаркете.

— Как ты? — участливо спросил красивый, но странный мужчина.

— Все хорошо, — ответила хриплым голосом. — Испугалась просто.

Он удовлетворенно кивает.

— Извини, что так вышло. Это мой промах.

— Не понимаю, — кажется, по моему лицу это и так понятно.

— Максим все объяснит тебе сам. Мне нельзя.