Украденная невинность, или Право первой ночи

А по желанию… Тут уже важно умение настраиваться на определенного человека, — на окончании фразы голос Хорса еле уловимо дрогнул.

Я нахмурился, не до конца понимая причину его беспокойства, и вновь прислушался. Но дальнейший разговор не нес в себе полезной информации. Лишь заверения дэ Мьюви, который обращался к абитуриентам, что не стоит беспокоиться. Ректор сообщил о вынужденном контроле каждого из прямо или косвенно пострадавших. Также приказал не покидать академию до окончания расследования.

— Иллар, — спустя полчаса позвал Хорс. Он только что выпроводил перепуганных и ничего не понимающих первокурсников и спешил предостеречь меня, — ты все слышал?

Губы мои растянулись в улыбке. Я вышел из-за ширмы и поинтересовался:

— Что же тебя взволновало, мой друг.

— Только не наделай глупостей.

— Не понимаю, о чем ты, — обронил я и направился к выходу.

— Иллар?

Я обернулся.

— Вижу, ты больше не собираешься бросать учебу.

— Обстоятельства изменились, — пожал я плечами и покинул лабораторию.

Правда, тогда я еще не знал, как скажется на мне действие сизого дыма. С того момента каждую ночь, стоило уснуть, дух переселялся в чужое тело и был заточен там некоторое время. Это изматывало. Разум сильно уставал. День плавно перетекал в ночь, и та тянулась мучительно бесконечно. Первое время все происходило бестолково и беспорядочно. Я ходил с синяками под глазами, прыгал то в раньше времени приехавшую третьекурсницу, то в старика Эдварда, который вечно в темное время суток бродил по территории академии и следил за порядком, то в сторожевую собаку.

Страдали все. Хорс и пятерка поступивших студентов-первокурсников оказались под присмотром группы преподавателей. Ночные прыжки отличались друг от друга.

Свадьба Эмилии и ищейки тоже состоялась в академии по причине запрета покидать эти стены.