Укрощение любовью, или Уитни

– Самая трогательная из всех традиций нашей семьи, которой должна следовать каждая герцогиня Клеймор после рождения наследника.

С этими словами она наклонилась и осторожно подняла ткань, открыв поразительной красоты ларец с золотыми замочками, инкрустированный перламутром. На взгляд Уитни, ему было несколько сотен лет.

Блестя глазами от любопытства, она потянулась к крышке.

– Похож на сундучок с сокровищами!

– Именно, только с одной разницей. После того как ты ознакомишься с содержимым, будешь должна добавить кое-что сама, причем вместе со своим портретом.

Уитни удивилась такой таинственности, но в эту минуту ее куда больше волновало то, что она не сумеет продолжить традицию.

– Сокровища? Портрет? – переспросила она. – Но я ничего не приготовила. Никто меня не предупредил.

– Совершенно верно, – кивнула вдовствующая герцогиня, любовно погладив Уитни по щеке. – Однако я открыла секрет Клейтону, и он заранее заказал твой портрет, который ты и положишь в ларец.

– Но откуда я возьму драгоценность, чтобы добавить к тем, что внутри?

– Открой и сама увидишь, – велела герцогиня. – Мы с Клейтоном оставим тебя, чтобы ты смогла без помех рассмотреть содержимое.

Совершенно сбитая с толку и донельзя заинтригованная, Уитни открыла замок и обеими руками подняла тяжелую крышку.

– Письма! – воскликнула она, поднимая сияющие глаза на свекровь. – Письма и миниатюры! О, взгляните, веер из слоновой кости… а вот и лента. Должно быть, они связаны с какими-то прекрасными воспоминаниями.

Она так разволновалась, что почти не заметила, как муж со свекровью вышли, закрыв за собой дверь.

Уитни с бесконечной осторожностью вынимала каждый предмет и раскладывала на постели.