Укол китайским зонтиком

Женщина оказалась в длинном коридоре, напоминающем коридор жилконторы в семидесятые, допустим, годы прошлого века – лампы так называемого дневного света под потолком, некоторые из которых уныло гудели, стены депрессивного тускло-бежевого цвета, неудобные стулья вдоль этих стен, многочисленные закрытые двери. На стульях сидели озабоченные люди, судя по всему, дожидающиеся приема. Двери время от времени открывались, кого-то выпуская и кого-то впуская. У тех, кто входил, лица были озабоченные, у тех, кто выходил – озадаченные.

Спутник Надежды толкнул одну из этих дверей, и они оказались в просторной комнате, где за старомодным письменным столом сидела женщина лет сорока с плохо прокрашенными светлыми волосами. Она печатала какой-то документ, причем печатала его не на принтере, а на допотопной пишущей машинке. Кроме этой машинки на столе стояли два массивных телефона из черной пластмассы. На стене над головой машинистки висели три небольших плаката: «Будьте бдительны, телефон не обеспечивает секретность переговоров», «Болтун – находка для врага» и «Свободное время – это не время, свободное от общества».

Надежда Николаевна почувствовала, будто перенеслась лет на тридцать в прошлое."

"Машинистка (или кто она была) прекратила печатать, подняла голову и проговорила:

– По области дожди, местами умеренные.

Спутник Надежды кивнул, как будто услышал что-то очень важное, и ответил:

– Возможны заморозки на почве.

Машинистка сняла трубку с левого телефона и, не набирая номер, проговорила:

– Птенец выпал из гнезда.

Выслушав ответ, она показала спутнику Надежды Николаевны одну из двух дверей в глубине комнаты:

– Проходите, все в порядке.

Они вошли в следующую комнату.

Эта комната была гораздо меньше приемной, в ней помещались только пустой квадратный стол и два стула. На столе стоял черный телефон без наборного диска, на противоположной стене Надежда заметила дверь, очевидно, от встроенного шкафа. Мужчина предложил Надежде один из стульев, сам сел на второй.

Примерно полминуты в комнате царило молчание.

Наконец Надежда не выдержала и проговорила:

– И что все это должно значить?

– Что вы имеете в виду, Надежда Николаевна? – сухо осведомился мужчина.