Укол китайским зонтиком

В самом центре холла, окруженный стайкой слушателей, возвышался рослый седовласый человек в пиджаке из домотканого холста, на который были нашиты аппликации в виде ярко-красных цветов и бабочек. Лицо его показалось Надежде знакомым, и вскоре она вспомнила, что это – знаменитый московский режиссер Когтюк.

– Главное, деточки, – это свобода самовыражения! – говорил режиссер, сопровождая свои слова плавными движениями красивых рук. – Мастерство – это ничто! Искусство – это ничто! Это все в прошлом! Это все каменный век, Средневековье! Теперь ценится только свобода самовыражения! Ты просто чихни на сцене, просто в носу поковыряй, просто живот свой почеши – но свободно!

– Ну, все, завелся Леонардыч, теперь его до вечера не остановишь! – проговорил, остановившись рядом с Надеждой, плотный мужчина в сером, грубой вязки свитере, с длинными седыми волосами и обвислыми усами стареющего викинга.

Внимательнее приглядевшись к Надежде, он проговорил:

– Где-то я вас видел… вы не в «Пара-фильме» работаете?

– Нет-нет, – шарахнулась от него Надежда.

Она ввинтилась в толпу и чуть не налетела на Льва – того самого знакомого Игоря, у которого позаимствовала пригласительный билет. Встреча с ним не входила в ее планы, и хотя Надежда не думала, что Лев узнает ее в маскарадном костюме, она снова изменила направление и спряталась за колонной.

Там к ней снова протолкался усатый тип и проговорил, сверля ее взглядом:

– Нет, но где же я вас все-таки видел? Не успокоюсь, пока не вспомню! Вы не снимались у Выхухолева?

– Нет, ни у Выхухолева, ни у Росомахина! – отмахнулась Надежда.

Усатый сморщил лоб, на его лице отразилась напряженная работа мысли. Не дожидаясь завершения этой работы, Надежда снова втиснулась в толпу.

В это время заработал микрофон, и ведущий пригласил всех присутствующих в зрительный зал.

Толпа устремилась в двери кинозала, как вода в сливное отверстие ванны. Надежда вошла туда вместе со всеми, заняла свободное место.

– Сейчас вы увидите фрагменты из чудом сохранившегося фильма Николая Моора «Разочарованный странник». Фрагменты этого фильма, считавшегося утерянным, были обнаружены в архиве Госфильмофонда и восстановлены учениками Николая Акимовича.

Свет в зале погас, по экрану побежали титры, которые сменились широкой панорамой живописной холмистой местности, раскрашенной в цвета золотой осени.