Ученица чародея

О, Париж! Этот вечный город, подобный Риму во времена расцвета Римской империи, средоточие роскоши и власти, столица моды и уличных воров, он поражал от самых городских ворот.

– Святая Клотильда, как же мы найдем здесь графиню де Клермон? – оторопело спросила я, отвыкшая от такого количества людей, повозок и зданий.

– Несложно искать, если знаешь дом и улицу, – крякнула мадам Тэйра и тотчас дала указания вознице. В ответ на мой удивленный взгляд она снизошла до пояснений: – Вода подсказала. Помнишь, чему я тебя учила? Договорись с водой и спрашивай.

– Так вы и об алхимике прознали?

– Так, так, – кивнула мадам Тэйра и тут же отвернулась.

А я снова приникла к окну. Клянусь всеми святыми, я забывала, как дышать, глазея на кареты и вывески, на богатые фасады и толпы горожан в париках всех мастей, в добротных камзолах, коротких штанах, чулках и туфлях с пряжками, на дам в цветных платьях и невообразимых шляпах. В Сан-Приесте мне и в праздники не доводилось видеть такое количество хорошо одетых людей и разнообразие фасонов.

Даже простолюдины в Париже казались ярче и интереснее. Здесь все было иначе – большие бульвары, сады, парки, фонари. И когда я узнавала какую-то деталь или улицу, в памяти тотчас всплывали воспоминания счастливого, безбедного детства и сладкое чувство вседозволенности. Но многое изменилось. Казалось, великий портной мастерски перекроил город, как старый сюртук, перелицевал заново, украсил лацканы золотыми вставками, пришил перламутровые пуговицы и пустил по швам причудливую вышивку.

А когда перед нами простерлась огромная площадь, выложенная самой ровной на свете брусчаткой, я и впрямь застыла от восхищения. Ведь я еще застала на этом месте угрюмый замок герцога Вандомского. Теперь площадь окаймляли дворцы с тысячью сверкающих, как бриллианты, окон, а по центру возвышалась статуя всадника с необычайно высоким париком. Наш король, – узнала я. Архитектурный ансамбль был столь прекрасен, а пространство так дышало свободой и изысканным вкусом, что хотелось по-детски хлопать в ладоши и прыгать на сиденье лишь потому, что имею счастье лицезреть подобную красоту.

Воистину этот мир будет жить, пока люди творят прекрасное!

«Ах, Париж, столица мира, зачем нас так надолго разлучили? – думалось мне. – Но я снова здесь. Надеюсь, тебе тоже меня не хватало!»

Скоро мы проехали в квартал Маре, который ничуть не изменился за время моего отсутствия.